0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Врачи нашли донорскую почку с редчайшей аномалией

Врачи нашли донорскую почку с редчайшей аномалией

Врачи успешно прооперировали девочку с редчайшей аномалией почек.

Избавить от мучений и жуткого стресса 8-летнюю девочку, вынужденную постоянно носить памперсы, удалось российским врачам. Медики Научного центра здоровья детей РАМН сделали уникальную операцию школьнице с редкой аномалией — четырьмя почками.

Маленькая пациентка попала в клинику с банальной, на первой взгляд, проблемой — недержанием мочи. Но, как выяснилось, Даша (имя изменено) мучилась всю жизнь. Причем это было даже не недержание, а постоянное подтекание — моча лилась все время, по сути не накапливаясь в мочевом пузыре. С тех пор как несчастная пошла в школу, она испытывала постоянный стресс, поскольку носить памперсы и стыдно, и неудобно. Особенно сильно переживала за дочь ее мама. К кому только ни обращалась за помощью женщина — от гомеопатов до знахарок. Примечательно, что врачи в регионе (школьница родом из Брянской области) никак не могли понять, в чем причина ее странного недуга. Только в Москве медики выяснили, что у малышки 4 почки (по две с каждой стороны).

— Это редчайший случай, — говорит заведующий отделением уроандрологии Научного центра здоровья детей РАМН, д.м.н. Сергей Яцык. — В нашей практике были пациенты с тремя почками (что тоже редкая аномалия), но с четырьмя даже не припомню. Однако причина проблемы пациентки была не в этом, а в том, что мочеточники выходили не в мочевой пузырь, а во влагалище. Кстати, это могло в любой момент стать причиной инфицирования мочеполовой системы.

Операция, длившаяся несколько часов, прошла удачно. Врачам удалось изменить русло мочеточников (чтобы они открывались в мочевой пузырь). При этом все четыре почки были сохранены. По словам медиков, они все нормально работают и не должны принести проблем своей хозяйке. Кстати, причиной такой аномалии могла быть плохая экология, стресс или принятие матерью во время беременности антибиотиков, что привело к неправильной закладке органов у плода.

Любопытно, что жизнь с четырьмя почками не дает ни преимуществ, ни осложнений, но при условии, что не нарушен отток мочи.

Аномалия, при которой в организме вырастают сразу 4 почки, очень редкая, но тем не менее такие люди регулярно появляются на свет. В 2008 году пресса сообщала о «счастливице» Лоре Мун.

18-летняя Лора Мун (Laura Moon), обладательница четырех здоровых почек из Лидса (Leeds), Великобритания, решила отдать лишнее органы трехлетнему ребенку.

О том, что у нее не две (как это бывает обычно), а четыре почки, Лора узнала полгода назад, во время УЗИ, которое ей сделали после небольшой автомобильной аварии. Лишнюю пару органов Лора решила отдать трехлетнему Люку Хеппенстолу (Luke Heppenstall), который ожидает трансплантации, обе его почки были удалены в ходе лечения рака. В настоящее время Лора сдает анализы, которые должны установить, подходят ли Люку почки Лоры. «Мне не нужны сразу четыре почки, — говорит Лора, — поэтому я решила отдать их тому, кто больше в них нуждается».

Это не первый случай, когда у человека обнаруживают целых четыре почки. Однако, как правило, люди не торопятся расставаться с лишними органами. Так, студент из Йемена Хамиам ат-Тамла (Hamiam at-Tamla), у которого 4 почки обнаружили в 2003 году, отказался поделиться своими почками с больными, аргументируя это тем, что четыре почки — дар Аллаха. А два брата из Боснии, у которых нашли четыре почки в 2004 году, не стали отдавать свои органы потому, что они помогают им перепить всех своих приятелей.

«Вокруг Света» писал об уникальной операции по отделению лишних конечностей и лишних органов у двухгодовалой Лакшми Татма (Lakshmi Tatma) из Индии. Лишние органы достались Лакшми в наследство от её сиамского близнеца, который перестал развиваться ещё в утробе матери. Операция длилась 24 часа, в ней была задействована команда более чем из 30 хирургов. Хирурги разделили кровеносные системы, позвоночники, а также перенесли здоровую почку близнеца-паразита в здоровое тело. Сегодня стало известно, что усилия медиков были не напрасны: девочка, которая раньше не могла передвигаться даже ползком, начала ходить.

«Я попытался продать свою почку»: как устроен черный рынок органов

Доноров циничные посредники называют «хрюшами», из 10 выживают 7-8

11.05.2019 в 21:00, просмотров: 55622

Несмотря на уголовную ответственность за нелегальную трансплантацию, шутка про продажу почки уже давно вышла за рамки бытового юмора и многим отчаявшимся кажется единственной надеждой остаться на плаву и разрешить все проблемы. Корреспондент «МК» попробовал продать свои органы и, прорвавшись сквозь армию мошенников, вышел на экс-посредника, который согласился на условиях анонимности дать интервью о подготовке доноров к «почка-турам» в страны, где такое возможно.

В поисках покупателя на свою почку я разместил объявления во всех тематических группах в соцсетях, куда удалось попасть. Половина была не активна, а в другой половине (пара из пяти закрытых групп так и не пустили себе в подписчики) стоит извечный вопрос «где найти реципиента?» от потенциальных доноров и многоголосый ответ обосновавшихся на этих форумах мошенников.

Негодяи пытаются выманить деньги у доноров под любым предлогом. Например, у меня просили перевести «посреднику» от 200 до 6 0000 рублей для подтверждения серьезности моих намерений — за анализы, за место в очереди на реципиента и так далее.

Некоторые из этих мошенников заходят настолько далеко, что подводят людей к поездке в «клинику» в другой город. Одна из десятков желавших продать свою почку, Алина из Екатеринбурга, с которой я пообщался, рассказала, что уже давно оставила эту затею.

— В сети сплошные мошенники. Никому не отправляй денег. Мне несколько человек, таких же неудачливых доноров, как я, рассказывали, что есть один конченый мошенник. Он ничего не берет у людей до поры до времени, входит в их доверие и на полном серьезе договаривается о приезде в Нижний Новгород.

Человек едет, предвкушает, что скоро разбогатеет, волнуется. Эта сволочь встречает донора с поезда, везёт в больницу и у входа говорит, что нужно заплатить 7 тысяч рублей. За анализы, за койку, пока не приедет заказчик.

Ну и люди расстаются с последними деньгами, ждут врача, но к ним никто не выходит, а мошенник пропадает. По понятным причинам в полицию никто не идёт.

Сайты, сделанные под «медицинские» с объявлениями о скупке органов, также мало чем отличаются от псевдопосредников в соцсетях. Правда с одним из них начались более-менее существенные переговоры, но в один момент собеседник просил назвать точную локацию, а когда в ответ получил адрес редакции, то перестал выходить на связь. Судя по настойчивости я предположил, что «нарвался» на человека в погонах.

Но через некоторое время поисков мне улыбнулась удача. Перечитывая форумы, я наткнулся на некого Михаила (позже он сознался, что его аккаунт — фейк, и зовут его на самом деле Илья — Авт.). Он разоблачал мошенников, призывая многочисленных доноров никому не платить, да и сам с 2016 по 2018 годы предлагал услуги посредника.

Наш диалог начался с того, что я увидел его комментарии и попросил помочь разобраться в теме: мол, хочу стать донором, но боюсь стать жертвой «кидал». Михаил, он же Илья, рассказал, что давно хотел завязать с этим делом и последний визит в отдел полиции стал последним толчком для прощания с тёмной профессией. Илья живёт в одном из сибирских городов. Какие-либо доказательства темного прошлого он представлять отказался, однако поделился своей историей.

— За мои комменты я в итоге в полицию загремел.

— За что именно?

— За группу Вконтакте. Вызвали в отдел, опросили. Я сказал, что не настоящий посредник, объявление разместил ради шутки.

Я как-то сам хотел продать почку. Искал долго, попадались одни кидалы. Спустя время вышел на парня по имени Роберт, он жил в Бангкоке. Пообщались, он сказал: мол, зачем тебе продавать свои органы? И предложил попробовать найти других клиентов для него.

— Когда это было?

— На каких условиях?

— 100 баксов за подогнанного человека. Вот, как только донор прилетает, его люди встречают, и он платит мне.

— Не обманул?

— Нет. Я промониторил соцсети. К моему удивлению, оказалось, что желающих просто море. Я долго не мог свыкнуться с мыслью, что столько людей готовы расстаться со своими органами.

— Ты подбирал клиентов в соцсетях?

— Поначалу да. Но это небезопасно. Конечно, некоторых, чьи страницы имели самый благонадёжный вид, я отмечал для себя, но позже переводил всех в специально созданный закрытый форум в даркнете.

Читать еще:  Житель Индии проглотил 116 гвоздей

Самостоятельно, без приглашения, туда невозможно попасть и зарегистрироваться. После всех фильтров у меня там было около 3000 реальных потенциальных и уже «пробитых» хрюшек (так мы между собой называли доноров), которые готовы ехать на операцию по первому моему сигналу. Это был серьёзный запас на случай, если коллеги будут тормозить. Всего на всю планету таких форумов около 20 штук реальных и с тысячу фейковых, в даркнете тоже царит обман. Но тем временем в бизнесе произошла перестановка.

Роберт пропал. Думаю его либо убили, либо «закрыли». Со мной другой мужичок вышел на связь. Предложение было уже насчет процента от сделок. Условия меня устроили. Всего успел получить гонорар 8 раз, потом ушел на более административную должность. Начал заниматься подготовкой «хрюшек». Пробивал их личности, делал им документы, решал вопросы по пересечению границы, организовывал сопровождение.

— А конкретнее?

— Ну везде есть свои люди. При желании можно попытаться вскрыть страницу желающего стать донором, найти его данные, телефон, удостовериться, что это не подстава. Пробить по медполису на заболевания. Потом некоторые молчат о судимостях, долгах. Это тоже надо знать, есть есть просрочки по кредитам — договориться с банком о предоставлении трёхнедельного разрешения на выезд для того чтобы клиент мог поправить материальное положение и заплатить по счетам. Решается всё.

— А какие документы требуются?

— Из документов самое важное «загранник», чаще всего у хрюш его нет. Вот одна из последних клиенток не могла ехать одна — двойню не с кем было оставить, договорились. Полис, СНИЛС, УЗИ почек, анализ крови.

— Какие критерии при отборе доноров?

— Возраст от 18 до 25 желательно, но и до 35 потянет. Многое зависит от группы крови.

Всего в России три города, где работают реальные посредники,: Новосибирск, Санкт-Петербург и Хабаровск. Там всё отлажено и поставлено на поток, в других же бывают вспышки, но редко и в частном порядке. Обычно это Москва, и делают операцию где-нибудь на даче, халтурщики из госклиник. Втянулся я, как говорил, в 2012 году. Тогда уже беспредел 90-х стал отходить, все направления стали цивильными, только на Украине все так и осталось, как раньше было у нас. Отмечу, что в бизнес пришли силовики, кроме крыши и услуг сами стали ставить людей.

— Кто больше всего обращается за помощью к посредникам?

— Хотят продать почки в основном жители Незалежной. У меня из 100 человек 85 украинцы. Условно 10 молдован, 5 русских, плюс-минус несколько казахов.

— Сколько человек через тебя проходило в месяц?

— В лучшее время от 50 до 70.

— И сколько ты зарабатывал?

— Примерно полмиллиона в месяц соответственно. Ну так и риски есть свои. Знаешь как вот ко мне пришли? Мне из дома позвонили, сказали: за тобой уголовный розыск приехал. Полицейские увидели, что я не живу по адресу и оставили номер следователя. Я позвонил, меня пригласили в отдел. Сотрудников интересовала моя группа, а я им сказал, мол это в юмористических целях, никакой финансовой подоплёки нет — проверяйте. Объяснил, что создал группу, чтобы выяснить, сколько людей готовы добровольно и незаконно избавиться от своих органов.

Конечно, не поедет никто на Украину проверять у этих людей количество почек. Статья недоказуема, пока нет чистосердечного признания.

— Вернёмся к схеме. Куда везут наши доноры везут свои органы?

— В основном спрос на наших у состоятельных людей из Таиланда и Индии. Они видят, в каких условиях живёт их народ и те, кто побогаче стараются не брать органы у земляков. О других странах говорить не буду, не знаю, но про Тай, куда мы возили.

Прилетают «хрюшки» в Бангкок. Их встречают уже с той стороны, с рук на руки передают и те уже везут их в порт, откуда по воде в Паттаю, или самая дальняя дорога — на остров Самуи. Делают операции в двух местах. По прибытии делают повторный анализ на совместимость – это уже, как в кино, донор лежит с реципиентом рядом. Потом день диеты и на второй день режут. После операции две недели лёжки донору и домой.

— Как всё оговаривается и как производится расчёт?

— После всех устных согласований оформляются документы. Договор-дарение от донора якобы его брату откуда-то например из Казани. Всё чистое, дата операции, согласие. Донор предоставляет расчётный счёт, к которому имеют доступ его близкие, чтобы они на случай форс-мажора могли получить деньги. Всё подписывается, из предоплаты реципиента выплачивается около 700 долларов (30-40 тыс рублей) донору на билеты и сборы. Вылетают по одному человеку с одним сопровождающим.

— И никто не сбегает с деньгами?

— Много кадров, которые получают 700 долларов и переобуваются – это чисто издержки никто их не ищет, не давит. Но есть и порядочные, мол передумал и обратно переводят.

— Часто передумывают?

— Редко. Раз в полгода, может.

— Сколько людей обслуживают весь этот трафик?

— В Тае не знаю, в Новосибисрке у нас было пять человек. Всего по этому направлению работают три команды, все мы друг друга знаем в лицо и не конкурируем.

— Хорошо, вот ты говоришь про брата. А если на это обратят внимание органы?

— Я с таким ни разу не сталкивался, но думаю, что никто заморачиваться не будет. Всё по документам будет везде проходить, а «брат», если надо, свалит за рубеж и никто его не будет там искать. Подозрения — не основания.

— Форс-мажор — что это в вашем деле?

— У меня, опять же условно, есть своя статистика. Немного печальная. Из Тая на десять человек 7-8 возвращаются.

— А остальные?

— Операция сложная, не все выдерживают, в процессе что-то может пойти не так, а когда видят, что человек при смерти, честно скажу, разбирают, как старые «Жигули», как конструктор. Однако в очень редком случае это отпугивает. Ты просто не представляешь масштабов бедствия — желающих тысячи.

— А родственники?

— Родственники, как правило, в курсе и находятся в таком положении, что считаются с жертвой близкого и распоряжаются деньгами которые перечисляют за органы погибшего.

— Как же потом они объясняются с правоохранителями?

— Сами идут и заявляют о том, что человек уехал в тур и пропал без вести.

— Ну допустим, что операция прошла успешно.

— Наличными выдаётся на билеты и дорогу 100 тысяч рублей, а остальное переводится на счет. Но обмануть могут. Например изначальные договорённости, обычно это 3 миллиона рублей, значительно двигают под разными предлогами. Минимум сторговываются до 2 миллионов, а то и меньше, в зависимости от человека. Ведь деваться-то там уже некуда. Сколько там клиент даёт, я уже не знаю, но предполагаю, что раза в два больше озвученных цифр. Так что такая вот маржа оседает в карманах посредников.

— Что ты сам по поводу этого всего думаешь?

— Думаю, что такой вал желающих сократить себе жизнь за деньги — это показатель уровня жизни в стране. Случай был: договорились с мужиком на левую почку – он сделал все анализы, а я не заметил, что он правую сделал. Приехал в Тай, а там смотрят — левой почки-то уже нет.

— Это как, почему?

— Тоже подумали — сюр какой-то прямо, но оказалось, что он даже не в курсе – ему в детстве вырезали почку. По болезни. А возможно, и нет.

Комментирует врач-нефролог Анна КОРОБКИНА.

— Человек жертвующий почку по факту обрекает себя на инвалидность. Нужно будет беречься, вести ЗОЖ, правильно питаться и ограничить нагрузки. Конечно, люди рождаются с аномалиями и живут с одной почкой скажете вы, но, лишаясь одного органа все факторы риска, а это например склонность к мочекаменной болезни, экология и др., умножаются в разы. Ведь все мы недообследованные, на 100% никто не знает своё здоровье и отдать орган — это огромный риск. Вполне может отказать оставшаяся почка и человек будет по сути в том же положении, в котором пребывал рецепиент до операции. Для людей в возрасте — не избежать снижения возможности фильтрации, для молодых людей даже переохлождение может сыграть печальную роль, а для женщин репродуктивного возраста при одной почке вообще ставится вопрос о сохранении беременности. Кроме того, нередко происходит отторжение органов у рецепиентов.

Комментирует юрист Марина КИСЕЛЕВА:

— Развитие трансплантологии в РФ началось с 1986 года. С этого времени принято несколько законов, регулирующих правила изъятия и пересадки внутренних органов. В том числе — Закон «О трансплантации органов и тканей человека» от 2007 года. Согласно правовому акту, существует два источника получения органов: от родственников, согласившихся дать орган, и от умерших людей, которые при жизни дали согласие пожертвовать свои органы. Продажа органов или какое-либо иное отчуждение органов запрещено.

Читать еще:  У мужчины развилась гангрена, но он стеснялся показать ее врачу

Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за незаконное изъятие внутренних органов. Так, наказание по статье 120 УК РФ «Принуждение к изъятию органов» варьируется от 3 до 5 лет и может квалифицироваться в совокупности со статьей 111 УК РФ «Причинение тяжкого вреда здоровью», в которой предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы. При рассмотрении таких дел судьи руководствуются заключениям экспертов. Так, самый громкий процесс — по делу 20-й больницы. Дело слушалось в Тушинском суде в апреле 2003 года. Врачи изъяли органы у умершего без согласия родственников. Эксперты признали донора мертвым, и врачам вынесли оправдательный приговор, так как те воспользовались презумпцией согласия. То есть ни пациент, ни его родственники не высказывали возражений.

Известны процессы «черных трансплантологов» за рубежом, например в Косово, где выносились обвинительные приговоры и где потерпевшими были граждане РФ. Судя по скудной практике, в России доказать подобное преступление сложно: правоохранителям необходимо либо поймать на месте с поличным преступников, либо получить чистосердечное признание.

Заголовок в газете: Была бы только почка.
Опубликован в газете «Московский комсомолец» №27973 от 17 мая 2019 Тэги: Смерть, Поезд, Экология, Клиники, ЗОЖ, Деньги, Дороги, Анализы Места: Россия, Москва, Санкт-Петербург, Украина, Нижний Новгород, Екатеринбург

Хабаровские врачи вырезали у пациентов более 100 здоровых почек

Прокуратура Хабаровского края возбудила уголовное дело по фактам злоупотребления медиками краевых больниц N1 и N2 служебными полномочиями из корыстных побуждений. Поводом для возбуждения дела послужила коллективная жалоба от 15 человек в адрес Полномочного представителя Президента РФ в ДФО.

Люди жаловались на то, что у их родственников во время лечения в краевых клинических больницах незаконно и без медицинской необходимости вырезались органы: селезенки, почки, надпочечники. В письме говорится также о том, что в больницах Хабаровска довольно часто умирают вполне жизнеспособные люди, получившие различные травмы.

На основании этой жалобы была проведена предварительная проверка, в ходе которой следователи установили, что краевой клинической больнице N1, на базе которой действует «Дальмедцентр», разрешено заниматься трансплантацией, однако выявленные факты свидетельствуют о ряде нарушений в этой деятельности.

Выяснилось, что под крышей «Дальмедцентра» незаконно действуют еще 3 частных медицинских предприятия. С 1993 по 2001 год у доноров, часто без их разрешения, изъято более 100 почек, сообщает Regions.Ru. При этом плата за пересадку органов реципиентам составляет от 1,5 тысяч рублей до 40 тысяч долларов США.

Факты незаконного изъятия органов, приводящего к смерти пациентов, выявлены в краевой клинической больнице N2. Исследуется список из 56 пациентов этой клиники, скончавшихся по непонятным причинам в последние годы. Наиболее частыми объектами незаконного изъятия человеческих органов являются бомжи, попавшие в больницы вследствие различных травм и обморожений.

Минздрав опровергает информацию о коммерческом использовании врачами органов

Между тем руководство министерства здравоохранения Хабаровского края опровергает все обвинения в адрес краевых больниц о злоупотреблении служебным положением, выразившемся в незаконным использовании человеческих органов, в частности — в из продаже. Об этом «Интерфаксу» сообщил источник в крайминздраве в четверг.

Глава краевого минздрава Валентина Савкова накануне заявила, что «у минздрава каких-либо документов о фактах злоупотреблений врачами нет».

Поводом для обсуждения стала появившаяся в местных СМИ информация о том, что по материалам проверки, проводившейся прокуратурой Железнодорожного района Хабаровска, 2 апреля было возбуждено уголовное дело по факту злоупотребления должностными полномочиями в отношении сотрудников краевой клинической больницы N1 «Дальмедцентр».

В частности, сообщалось, что врачи вырезали органы умерших пациентов без разрешения родственников и использовали их для пересадки, причем операции по трансплантации были платными.

Основанием для проверки послужила коллективная жалоба от 15 человек полномочному представителю президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Константину Пуликовскому о якобы имевшихся фактах изъятия органов у умерших родственников. Проверку указанных в жалобе фактов и проводила прокуратура Железнодорожного района.

В районной прокуратуре «Интерфаксу» не подтвердили, но и не опровергли факт возбуждения уголовного дела, ссылаясь на тайну следствия.

Скандал с изъятием органов у человека в Москве произошел в прошлом году

В последний раз громкий скандал, связанный с незаконным изъятием органов, разразился в столице в мае прошлого года. Тогда следственные действия в Московском координационном центре органного донорства выявили факт начала операции по изъятию почки до констатации смерти пациента. Об этом говорилось в ответе Генпрокуратуры, направленном мэру Москвы Юрию Лужкову на его обращение по поводу проверки правомерности действий правоохранительных органов, остановивших работу специалистов Центра «по забору почки у донора Орехова А.Т.» 11 апреля 2003 года.

Сотрудники Центра имели право приступить к операции по забору почки только после составления акта констатации биологической смерти Орехова А.Т., подписанного врачом-реаниматологом, заведующим отделением реанимации и судебно-медицинским экспертом.

Однако при осмотре места происшествия такой документ не обнаружен. Вместе с тем, у врачей Центра изъяты чистые бланки актов констатации биологической смерти и изъятия органов (почек) для трансплантации с подписями судебно-медицинских экспертов, говорилось в тексте ответа прокуратуры.

Пациент Орехов был доставлен в 20-ю больницу утром 11 апреля с черепно-мозговой травмой. Состояние больного оценивалось как крайне тяжелое, поэтому в Центр донорства сообщили о наличии потенциального донора. В 16:35 по московскому времени выездная группа Центра приступила к подготовке хирургической операции по забору почек у этого пациента.

В тексте ответа Генпрокуратуры мэру Москвы отмечалось, что при этом руки донора были заведены за голову и связаны бинтом, тело в районе брюшной полости обработано бриллиантовой зеленью и йодопироном. Над больным была включена операционная лампа, на столике рядом с головой больного находился открытый набор хирургических инструментов.

Как сообщается, «действия медицинских работников были прерваны сотрудниками милиции, которые располагали данными о том, что биологическая смерть пациента еще не наступила».

По сведениям прокуратуры, врачи-реаниматоры клинического госпиталя ГУВД Москвы, прибывшие вместе с ними, зафиксировали у Орехова А.Т. признаки жизни: сердечные сокращения и наличие артериального давления. Больному незамедлительно начали проводить комплекс реанимационных мероприятий, однако через 35 минут наступила его смерть.

В странах третьего мира, чтобы получить органы, людей похищают

Скандальные истории с похищением людей с целью изъятия у них органов и, соответственно, нелегальной продажей и пересадкой органов происходят и в других странах. Такой бизнес приносит огромную прибыль. На черном рынке человеческие органы стоят от 500 до 50 000 долларов.

Спрос на донорские почки, печень, селезенку растет в мире из года в год. В Германии, например, более 10 тысяч пациентов каждый год ждут донорские почки. Легальным образом ежегодно делается не более 2 тысяч операций. В основном почки поступают от умерших доноров.

Официальную торговлю органами строго запрещают Всемирная организация здравоохранения и уголовные кодексы всех цивилизованных стран. На черном рынке можно получить любые органы.

В Албании и Косово в последние годы все больше и больше молодых людей становятся жертвами мафиози, похищающих доноров для богатых клиентов. То же самое происходит, по данным Интерпола, в бедных странах Латинской Америки.

В одной из клиник Колумбии была обнаружена даже братская могила людей, которые стали жертвами торговцев органами. Как установило следствие, жителей беднейших кварталов трущоб, преимущественно детей, специализированные банды похищали для того, чтобы взять у них сетчатку глаза, сообщает «Восточно-Сибирская Правда».

Затем слепых детей или отпускали домой, или просто убивали, а ткань по баснословным ценам продавали заказчикам из США и Западной Европы. О масштабах преступного бизнеса в Колумбии говорит хотя бы тот факт, что следов еще 1395 пациентов одной только этой клиники так пока найти не удалось.

В прошлом году в иранском городе Заболь на афганской границе были задержаны два члена иранской банды, которые продавали детей в качестве материала для трансплантации органов афганским контрабандистам.

Иранские пограничники при досмотре пассажирского автобуса, следующего рейсом Заболь-Нахабандан, заметили двух молодых людей, которые сопровождали мальчика. Подозрение пограничников вызвало необычное поведение ребенка — он вел себя так, как будто он не знаком со своими спутниками. После предварительного расследования было установлено, что двое иранских граждан пытались усыпить одиннадцатилетнего ребенка с помощью снотворного и переправить его на афганскую территорию.

По мнению следствия, существуют и другие члены преступной группировки, которые отправляют иранских детей в Афганистан, где их убивают и разбирают на органы для трансплантации.

Каждые два дня в РНПЦ трансплантации органов и тканей хирурги пересаживают больным почки

11 января 2012 в 09:03
Фото: Александр РУЖЕЧКА, СБ Беларусь Сегодня

Пять лет назад, когда депутатами решалась судьба нашей трансплантологии — взвешивались самые деликатные нюансы нового закона, — в холле одной из минских больниц в качестве «группы поддержки» медики собрали два десятка людей с пересаженной почкой. Сегодня в тот зал можно было бы пригласить сотни и сотни. Начиная с 1970 года с легкой руки легендарного Николая Савченко разные поколения врачей сделали уже почти 1300 таких пересадок. Причем как минимум четверть — именно в течение последних лет.

Читать еще:  После сильнейшего запора китаянка потеряла память

8, 20, 40, 70, 100, 115 — в такой вот впечатляющей прогрессии прирастает статистика. К моменту нашей встречи с заведующим отделом нефрологии, почечно–заместительной терапии и трансплантации почки РНПЦ трансплантации органов и тканей, кандидатом медицинских наук Олегом Калачиком операций за год набежало уже 175. Но цифра, как в хорошо отлаженном счетчике, меняется в среднем каждые два дня.

Вообще, подаренное кому–то «второе дыхание» — это, считайте, сутки кропотливого труда нескольких бригад. Здесь никто не работает «от звонка до звонка», многие бешеного, рваного ритма просто не выдерживают. Те же, кто остается, пиара не ищут. И считают, что пересадка почки уже должна бы перейти в плоскость практического здравоохранения. Но стоило разговориться с Олегом Валентиновичем (который, к слову, собственноручно делает примерно 6 пересадок почки из каждых 10), как выяснилось, что поводов для законной гордости у трансплантологов сегодня не один и не два. Просто там, где журналист напишет «уникально», «прорыв» и наставит кучу восклицательных знаков, врач сдержанно скажет лишь «интересно», «шаг вперед» и выберет многоточие.

От настоящего

Этот случай можно смело зачислить в разряд экстраординарных даже по мировым меркам. Чуть больше месяца назад наши медики впервые искусственно сконструировали мочевой пузырь из кишечника (хотя подобные операции в ходу у онкологов, в данном случае прибегли к необычной, продуманной до мелочей методике, которая максимально защитила новый орган от инфекций). С редчайшей аномалией — полным отсутствием мочевого пузыря — пациентка промучилась 34 года. Как могли, хирурги в свое время попытались исправить ошибку природы, но это удалось лишь отчасти. Год назад перестали справляться и почки. Встал вопрос: а может ли медицина помочь чем–то еще? Было немало «против»: множество спаек, непригодные почки плюс осложнявший дело перитониальный, через имплантированный катетер, диализ. Но Олег Калачик знал, что теоретически все возможно. Так получилось, что первую в мире и чуть ли не единственную такую операцию, сделанную в 2008 году в Бельгии, он видел собственными глазами. А урологи из 2–й минской детской клинической больницы уже представляли, как воссоздать мочевой пузырь. Решили рискнуть. Операцию спасения разбили на два этапа. Сначала удалили обе почки и сформировали новый искусственный орган. Потом пошли на пересадку, донором вызвалась стать мама уникальной пациентки. Новый год обе женщины встретили уже дома.

А у самих трансплантологов в 2012–м ожидается горячее времечко — настоящий беби–бум. Надо сказать, что до недавних пор всего три женщины после пересадки почки отважились у нас стать мамами. Первый раз, четверть века назад, это была скорее случайность. Вторую героиню, Людмилу Кудряшову («СБ» о ее истории в свое время писала), к материнству вели уже осознанно. Ее дочке Настеньке идет пятый год. Третьей пациентке в прежние времена запретили бы думать о пополнении категорически: сахарный диабет, еще и пересадка, — но в результате медики справились — мальчик. Дальше была полоса затишья. А буквально месяц назад и начался бум. Одна подопечная трансплантологов родила, сегодня же сразу 4 женщины находятся в счастливом ожидании. У всех полные семьи, все очень хотят, очень стараются. Ведь современная наука дает и даже где–то гарантирует им этот шанс, который медицина прошлого начисто отвергала.

Это правда: трансплантация как технология преобразилась так, что основоположники ее с трудом бы узнали. «Основное отличие заключается в том, — вывел знаменитый британский хирург сэр Рой Кальн, — что раньше операционную, где выполнялась пересадка почки, можно было узнать по струйкам крови, вытекающей из–под двери». Когда–то — тяжелая, травматичная операция, множество осложнений, высочайшая степень риска. А сегодня — вмешательство, при котором о переливании крови обычно не заходит и речь. Тем более что урологи 2–й минской детской клинической больницы вместе с трансплантологами научились забирать почку лапароскопически — через 3 прокола и крошечный разрез. Из последних 8 родственных пересадок для семи орган удаляли именно так, максимально бережно для донора. И если раньше он возвращался к привычной жизни лишь через месяц, то сейчас на третьи–четвертые сутки уже готовится к выписке.

Кстати, вся победоносная история трансплантации началась в 1954 году как раз таки с родственной пересадки — с участием однояйцевых близнецов. Сегодня в мире 60 процентов подобных операций — это заслуга, страх и риск родителей, родственников, мужей и даже внуков. И, допустим, в Швеции накопили уже столько наблюдений, что с цифрами и фактами в руках доказали: доноры почки живут в среднем дольше на 10 лет, чем их ровесники.

Конечно, причин несколько. Во–первых, тщательнейший отбор по состоянию здоровья (врачи должны дать своего рода гарантию, что и одна почка будет работать за двоих). Во–вторых, после операции круто меняется само отношение к жизни. «Я знаю доноров, которые впоследствии прекращали курить, садились на диету, начинали контролировать вес, артериальное давление, — признает Олег Калачик. — Ну и мы, естественно, тоже не оставляем их без контроля. Просим в течение всей жизни показываться раз в полгода, чтобы в случае необходимости сразу помочь». Вообще, в РНПЦ трансплантации органов и тканей стоят на том, что доноры — это пациенты номер 1. Есть такой пациент в отделении — с него и начинают поутру обход, подчеркивая тем самым, насколько он важен для врачей, для клиники, если хотите — то и для самого общества в целом, как символ.

В будущее

Вопрос «достигли ли мы потолка, верха совершенства в пересадке почки?» заставляет доктора Калачика на минуту задуматься. А потом он начинает загибать пальцы:

— Прежде всего есть задачи в детской трансплантации. Сейчас в листе ожидания 6 детей, в том числе 3–летний ребенок. Этим направлением мы занимаемся на протяжении двух лет, ведь с 1997 года было прооперировано всего 9 наших детей, да и то за границей, где стоимость одной такой пересадки доходит до 100 тысяч евро. Сначала мы оперировали более взрослых ребят, а два месяца назад помогли 4–летней девочке с весом меньше 14 кг. Это очень близко к критическим параметрам. Думаю, трансплантация у ребенка с массой тела около 10 кг будет следующим этапом.

Еще наши хирурги никогда не пересаживали почку более чем два раза одному пациенту. А за 40 с лишним лет белорусской истории трансплантации, конечно же, появились те, у кого и вторая донорская почка выработала свой ресурс. Все ведь в этой жизни конечно. Рано или поздно организм перестает воспринимать чужой орган как свой. По–медицински говоря, теряет толерантность. Это, между прочим, краеугольный ребус трансплантологии. Специалисты рассуждают об иммунологической толерантности почти поэтически: «Толерантность — как счастье. Оно тоже никогда не бывает полным, никогда не знаешь, когда оно придет, и никогда не догадываешься, когда оно исчезает». Технически хирурги к третьей подряд пересадке почки готовы, хоть это непросто (каждый раз приходится искать в организме новое место для очередного трансплантата, другой к нему подход). Появится подходящая пара донор — реципиент — возьмутся за дело.

На одной из конференций, где наши врачи делали доклад о своем опыте в детских пересадках почки и последним кадром в презентации показали общую фотографию всей причастной к ним команды, кто–то из иностранных коллег сыронизировал: «Да уж, средний возраст врачей ненамного отличается от среднего возраста самих пациентов». Здесь только доля шутки. С точки зрения западных светил, наша команда действительно исключительно молода. Средний возраст — около 36 лет. Что сильно расходится с понятием «трансплантолог» в мировом понимании. При тамошней системе образования в 35 хирург, решивший посвятить себя пересадкам, только начинает свое профессиональное становление. А у нас ситуация сложилась так, что нужно было идти вперед, и быстро. В результате пришли к своего рода феномену: работать еще более активно, используя один только РНПЦ трансплантации органов и тканей, наверное, уже невозможно. Темп и так взят, как у крупного американского центра. Но пересадки же — не конвейер, не поточное производство. Поэтому дальше статистика будет расти, и расти обязательно, за счет регионов. Подключился Брест: заполгода — 15 пересадок почки. В этом году должно заявить о себе Гродно.

Средний возраст американских трансплантологов — 49 лет. 9 из 10 таких специалистов — мужчины. Причем у 40 процентов жены могут позволить себе не работать.

На Западе настолько жесток дефицит органов, что врачи обратились уже к технологии «маргинальных доноров». Скажем, в Испании бригада «скорой» может приступить к подготовке очередного донора прямо на остановке общественного транспорта: погибшего, по сути, человека на искусственной вентиляции легких доставляют в больницу и помещают под специальный механический пресс, который делает закрытый массаж сердца. Конечно, результаты не блестящие. Если спустя 3 года из 100 почек, забранных по стандартной методике, в среднем работают 85, то от маргинальных доноров — 60.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector