1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Найдена замена бариатрической хирургии

Бариатрическая хирургия: преимущества и недостатки

Бариатрия в буквальном переводе означает лечение веса, то есть лечение проблем, вызванных весом. Так сложилось, что этим термином стали называть лечение избыточного веса, и не просто, а именно хирургические операции, целью которых является снижение веса.

Проблема избыточного веса становится все более актуальной по мере развития общества, и потому эффективные методы ее решения вызывают постоянно растущий интерес. На сегодняшний день бариатрическая хирургия является самым эффективным методом лечения морбидного ожирения, то есть тяжелой формы ожирения, когда ИМТ (индекс массы тела, или весоростовой индекс) равен 40 или выше.

Что представляют собой бариатрические операции

Операции по снижению веса преследуют две цели: во-первых, уменьшить объем пищи, которая может быть съедена за один прием, путем уменьшения объема желудка, и во-вторых, уменьшить всасываемость питательных веществ в тонком кишечнике.

На сегодняшний день существует несколько методик бариатрических операций, позволяющих достичь потери веса с различной степенью эффективности:

  • Шунтирование желудка;
  • Регулируемое бандажирование желудка;
  • Рукавная гастропластика;
  • Билиопанкреатическое шунтирование.

У каждой из них есть свои показания и противопоказания, и потому вопрос о том, какая именно техника будет применена, решается врачом после прохождения пациентом медицинского обследования.

Одной из самых популярных является операция регулируемого бандажирования желудка, поэтому познакомимся с бариатрической хирургией чуть ближе на ее примере. Суть вмешательства состоит в том, что на желудок надевается силиконовое кольцо, которое делит желудок на две неравные части, так называемый малый и большой желудок. Малый желудок имеет объем от 50 до 200мл, благодаря чему происходит его быстрое заполнение, и человек испытывает чувство сытости, съедая небольшое количество пищи. Отверстие, через которое пища поступает из малого желудка в большой, можно регулировать, тем самым регулируя процесс потери веса. К преимуществам этого метода относят сохранение физиологического пути поступающей пищи и усваивания питательных веществ, возможность корректировать объем съедаемого, обратимость операции – ничего не отрезается и не перекраивается, при необходимости достаточно лишь удалить бандаж.

Регулируемое бандажирование желудка позволяет сбросить до 60% веса в течение года-двух.

Показания к бариатрической хирургии

Основным показанием к назначению бариатрической операции является индекс массы тела (ИМТ) равный 40 и выше. При наличии осложнений со стороны здоровья, вызванных избыточным весом, например сахарный диабет второго типа, артрит, образовавшийся в результате повышенной нагрузки на суставы и т.п., операция может проводиться и при более низких показателях, но не меньше 35.

При этом врачи настаивают на том, что хирургический метод снижения веса является крайней мерой, предпринимаемой тогда, когда консервативные методы лечения ожирения, при помощи диет, физической нагрузки и лекарственной коррекции, оказались безрезультатными. В некоторых западных клиниках при обращении пациента по поводу проведения бариатрической операции требуют привести доказательства того, что пациент в течение длительного времени пытался сбросить вес и применял для этого различные способы.

Преимущества оперативного лечения ожирения

Преимущество хирургического лечения тяжелых форм ожирения одно, самое главное: гарантированное и необратимое снижение массы тела. Этот метод помогает тем, кто сам не в состоянии контролировать свое пищевое поведение, кто пришел в отчаяние от бесплодных попыток похудеть, кому противопоказаны физические нагрузки.

Необратимость – важнейшее качество данного метода. Вес уйдет, и никогда больше не вернется. Любой толстяк со стажем, испытавший десятки диетических взлетов и падений скажет вам, что эта уверенность дорогого стоит.

Ну и конечно же, преимуществом метода является то, что вес уходит без усилий пациента. Не нужны ни мучительные ограничения, ни изнурительные тренировки, отсутствует постоянный риск срыва, превращающий бывших весельчаков в невротиков, сторонящихся дружеских застолий. Человек может есть почти все, хотя незначительные ограничения все же существуют.

Поправляется здоровье. Проблемы с опорно-двигательным аппаратом уходят бесследно, исчезает нарушение обмена веществ. Человек становится подвижным, легким, вновь открывает для себя радость движения, активного образа жизни, проходят комплексы неполноценности, связанные с лишним весом. Жизнь однозначно меняется к лучшему.

Существует ли риск?

Надо сказать, что бариатрическая хирургия прошла уже достаточно большой путь развития, и часть операций, которые применялись ранее, были отвергнуты, так как способствовали развитию серьезных осложнений, а те, что остались, подверглись модификациям с целью повышения их безопасности и эффективности. Поэтому на данный момент такие операции считаются в целом безопасными. При этом нужно понимать, что имеется в виду под безопасностью. Не существует ни одной операции, при которой полностью отсутствовали бы риски для здоровья, но есть такое понятие, как целесообразность – если польза от операции превышает возможные осложнения, то риск считается оправданным.

Мировая статистика на сегодняшний день такова: в результате проведения операции по поводу снижения веса умирает один пациент из 400.

Бариатрические операции не проводят просто по желанию пациента, они не выполняются в клинках пластической хирургии. Это не метод коррекции внешности, и хотя изменение внешности происходит, основной задачей является лечение серьезного заболевания – тяжелой формы ожирения.

Недостатки бариатрической хирургии

Как и всякий метод, этот тоже имеет не только плюсы, но и минусы. Одним из существенных минусов является необходимость последующей пластической операции для устранения обвисшей кожи. Значительная потеря веса в течение небольшого временного промежутка неизбежно приведет к появлению обильных растяжек и обвислостей, весьма заметных. Больше всех страдают живот, внутренняя часть бедер, верхняя внутренняя часть рук.

Еще одним серьезным недостатком является недостаточное количество витаминов и минералов, поступающих в организм, результатом чего могут быть довольно серьезные проблемы со здоровьем, например, анемия. Такое состояние требует медикаментозной коррекции, и не исключено, что она будет пожизненной, хотя врачи говорят, что постепенно происходит адаптация организма к изменившимся условиям, и при соблюдении элементарных правил здорового питания проблема постепенно исчезает.

Людям, подвергшимся бариатрическим операциям, необходимо регулярное врачебное наблюдение, чтобы вовремя заметить, если что-то пойдет не так, как нужно.

Отзывы пациентов, прошедших курс лечения бариатрической хирургией, весьма позитивны, человека, жалеющего о том, что он прибегнул к такому методу, обнаружить пока не удалось.

Бариатрическая операция. Почему я решилась? Пост N°5.

Я решила объединить несколько написанных ранее постов о пред- и послеоперационном периоде.

Вчера, 09.10, я прилетела в Челябинск, мама и папа меня встретили, и мы поехали в больницу. Так как было очень рано, пришлось часа два ждать в машине. Потом завертелось: знакомство с доктором, направление на анализы, сами анализы, выезд в город для обмена денег, снова больница, жуткая усталость и какая-то индифферентность. А потом меня изнасиловали. В горло. Длинной резиновой трубкой. Да ещё и сняли это на видео. Пипец, как было больно!
Это была самая неприятная процедура в моей жизни!
А потом оказалось, что у меня четвёртая группа крови, резус положительный. Я прожила 37 лет, не зная, что у меня редкая группа крови! Не зря я выбрала себе никнейм — Редкая Прелесть 😂 провидела, так сказать 😁
Кушать мне было нельзя, да не очень-то и хочется. Мне вручили питательную смесь, и я её пила. Очень не охотно. Во-первых, она не вкусная. Не противная, но и не вызывает желание сделать ещё глоточек. Во-вторых, у меня болит горло, разодранное при ФГС. Глотать больно и не появляется желание сделать ещё глоточек.
Вообще, я вчера была очень уставшая, но всё равно заметила разницу между немецким и российским подходом к пациенту. В Германии тебе не придётся нарезать круги по больнице, сдавая кровушку, к тебе придут, и всё возьмут. Но в Германии к тебе относятся больше, как к клиенту, а не как к пациенту, поэтому придут, и всё возьмут, но уже в смысле денег.
Сейчас снова пойду сдавать кровь на сахар. Чувствую себя Беллой Свон, чью кровушку хотел выхлебать каждый вампир в округе.
Возможно, завтра у меня уже будет операция.
Пост от 10.10.2018.

Были консультации с кардиологом и анестезиологом. Пришедшие анализы показали, что я здорова, как космонавт — хоть прямо сейчас в космос, надо только ракету-тяжеловоз найти 😁 Мой доктор сказал, что это удивительно, что я с таким весом, при ИМТ 50 не имею никаких проблем. Вот такая я удивительная и редкая 😎
Кардиолог сказала, что всё нормально, противопоказаний к операции нет, посоветовала только купить тонометр и отслеживать давление.
Анестезиолог тоже не нашёл, к чему придраться. 😊
Так что мне дали добро.
Сегодня в 14.00 поставят катетер в центральную вену, для облегчения ввода жидкости после операции.
С утра щеголяю в белых компрессионных чулках. Прям секси-шмекси такая.
В общем, всё отлично. Страха нет от слова совсем. Страшно только когда внезапно или не понимаешь, что происходит. А я это обдумывала лет пять, оставляла себе право на передумать, пойти другим путём, но не сложилось. И тогда я начала искать всю информацию про операцию, течение пост-операционного периода, осложнения, ожидания и тд.
Я подготовлена и уверена в себе, во врачах и в результате. Поэтому мне и не страшно.
Когда судьба нежно берёт тебя на ручки, и несёт через испытания, ты не боишься, ты уверен в себе, в ней и в том, что мир заботится о тебе.
Пост от 10.10.2018
______________________

Сегодня третий день после операции по резекции моего желудочка, по факту — желудища, так как от него осталось хорошо, если 15%.
Рассказываю, как оно всё было.
Пришла я в хирургический блок, переодели меня, сказали правильно выбрать положение тела, потому что под наркозом ты не сможешь улечься поудобнее и под массой тела со временем всё затечёт так, что мало не покажется. Разместилась я, значит, лежу, поржала с хирургами и анестезиологом на тему прощания с лишними органами, и заснула. Глюков не ловила, ангелов с демонами не видела, по мирам не летала. Просто закрыла глаза и открыла.
Открыв глазки, я поняла, что уже нахожусь в другом месте. В реанимации. Туда переводят всех свежеразрезанных, чтобы было удобнее следить за всеми разом. В носу зонд, в шее — центральный катетер, на руке прищепка для анализа газов крови и манжета для определения моего давления. А скакало оно у меня абсолютно самостоятельно, и совсем не по-космонавтски. Большую часть того дня я спала. Проснусь, поозираюсь кругом или подожду, пока мне капельницу поставят или обезбольку, и снова засыпаю.
Следующий день я тоже проспала по синусоиде: то проснусь, то снова соскользну в сон.
Вчера тоже, в основном, спала — наркоз выходил. Мне в нагрузку дали пить разбавленное жидкое питание и воду.
Сегодня пью уже обычное питание и компот ^.^
Правда желудочек уже оклемался, и начал просить что-то посущественнее, да и мне уже поднадоели безвкусные коктейли за неделю. И я похулиганила — взяла ложку диетического водянистого пюре. Пошло на ура! Больше одной ложки пюре съесть не получается, да и не надо.
Так прикольно было: жуёшь гомогенное пюре, глотаешь, а оно на входе в желудок, такое, встаёт, предъявляет пропуск, и строгий новый сфинктер, тщательно всё проверив, пропускает визетёра. Прям, чувствуешь, как они там общаются! А потом мой желудик такой: — Аааа, заходи дорогой! Я тут так соскучился уже! И начинается дискотека. И всем весело!
В основном, дни проходят однообразно: сплю, пью, колюсь, капаюсь, ношу компрессионные чулочки, пытаюсь гулять.
Но пока не очень получается: животик, повинуясь силе тяготения, обвисает немного, и тянет швы. Так что я пока не скачу и не прыгаю, но довольна и держу курс на здоровье!

Пост от 14.10.2018
_____________________

Привет, мои дорогие!
Сегодня меня официально выписали, но я пока в больнице, жду, когда выпишут маму. Мы ж вместе лежим. Я с резекцией желудка, мама — с прооперированными полипами в желудке, так и в истории болезни написано. ^^ (на самом деле ей тоже сделали продольную резекцию желудка, она просто стеснялась в этом признаваться. Показания: возраст- 61 год, сахар — под 10-12 ед., вес — 125кг, гипертония, увеличенное сердце и прочие «приятности» лишнего веса. И очень вовремя сделали операцию, тк полипы действительно были на иссечённой части желудка, и они уже начинали кровоточить, что чревато язвой. Из-за приёма Кардиомагнила от проблем с сердцем, ткань желудка начала перерождаться в хрящевую. Хирург сказал, что было очень сложно сшивать место разреза из-за плотных тканей.
Сейчас, на январь 2019, вес у мамы — 103кг, сахар 5-6ед., гипертония ушла, ушёл синдром апноэ, кстати у меня тоже, и сразу после операции, не дожидаясь сброса веса. Может всё дело в интубации? Исчезли боли в суставах, отдышка. Она с удовольствием ходит на длительные прогулки, планирует в отпуск поездку ко мне, в Германию. Радуется, как ребёнок тому, что одежда стала болтаться, комплиментам и неузнаванием на улице знакомыми. Она очень ответственно и строго следит за питанием и уже даёт мне советы. Жизнь становится удивительной!)

Сейчас идёт небольшая суета. Нам прописали кучу препаратов для профилактики тромбоэмболии, а их прям сразу в аптеке и не купишь — слишком специфицеские и дорогие.
Вообще, цена операции и послеоперационного периода немного отличается от заявленной в большую сторону.
Когда я только узнавала, мне сказали, что стоимость операции будет 180 000 рублей, включая стационар в люкс-палате и уход.
При консультации непосредственно с врачом, уже насчиталось: 190 000, в которые входит оплата операционных инструментов — 123 000 и стоимость самой операции — 50 000, плюс 4000 за компрессионное бельё, плюс некоторые анализы, плюс 4000 за протеиновое специальное питание.
По факту: 123 000 — инструменты, 59 500 — операция, стационар, уход, плюс чулки, плюс питание. И теперь ещё 10 000 за поддерживающие лекарства в течение месяца. Так что, если вы опираетесь ровно на ту сумму, обговариваемую на консультации, прибавьте к ней тысяч двадцать-тридцать, на всякий пожарный.
Хотя медикаментозная поддержка и профилактика нужна обязательно — после случая в Магнитогорске, когда при успешно выполненной бариотрической операции, скончалась пациентка от тромбоза глубоких вен, врачи перестраховываются от всего.
Пусть это будет дороже, чем планировалось, но ведь жизнь, в принципе, бесценна, не так ли?
Утешить себя можно тем, что после операции вы не сможете съедать больше полулитра еды в день. 😂
Экономия, блин!
Но новое качество жизни подарит вам больше, чем любые деньги! Возможность ловить взглядом свой стройный силуэт в отражении витрин — бесценна.
Стройным людям не понять, почему. Для них это — привычная повседневная жизнь, типа из-за чего сыр-бор?
Но людям, драппирующим себя в чехлы от танков, стыдящихся съесть лишний кусочек на людях, людям живущим с лишним весом вины и боли, лёгкая пружинистая походка, возможность не задыхаться, взбегая по лесенке, богатый выбор одежды, которой оказывается море разливанное и ВСЁ тебе подходит, и всё тебе идёт; это — долгожданный подарок и заслуженное, выстраданное счастье!
Я не утрирую, счастье — в мелочах.
Сейчас многие фитоняшки, не все, а те, которые считают, что если не убиваться в спортзале по полдня, жуя листик салата, то ты не личность, говорят, мол, вы сами виноваты, жрать надо меньше, а двигаться — больше. Я не возражаю. Я даже не реагирую на это.
Никто не может обвинить вас, что вы сами во всём виноваты, не проведя в ваших туфлях ни дня, как говорят англичане.
Я оказалась там, где оказалась благодаря себе и своему выбору. Но пока я могу распоряжаться собой, я могу выбирать снова. Кто-то сделал шаг в сторону консервативного лечения ожирения. Честь им и хвала. Я не смогла. Я выбрала другой способ. И он совсем не простой. Мне тоже предстоит долгий путь, но теперь на этом пути мой желудок — мой помощник, мой гарант и напоминание, что пути назад больше нет. Там сзади, очень близко, я до сих пор ощущаю могильный холод похороненных надежд и мечтаний, насмешки людей, втоптанное в грязь чувство собственного достоинства, подорванное здоровье, несостоявшееся материнство. там столько всего, что это можно назвать личным адом. Но шаг сделан. И впереди меня может и не ждёт золотая жизнь, но там уже живёт НАДЕЖДА, что и мои мечты сбываются.
И великая ли тому цена — предосудительное отношение некоторых людей, умеющих только осуждать и кричать: — Возьми себя в руки, тряпка!
Я больше не тряпка, о которую вытирали ноги все, кому не лень.
Я пока не знаю, кто я. Но больше не тряпка.
Я люблю свою жизнь, люблю своё тело, буду любить его изменившимся. Я знаю, что мой мир заботится обо мне. А я забочусь о своём мире.

#бариатрия #похудеть #моёпохудение #слив #рукавнаягастропластика #похудетьнавсегда #мойвыбор #бариатриячелябинск #почемубариатрия

Кстати, центральный катетер — та ещё головная боль! Во-первых, мне долго не могли найти вену! Врач тыкал и тыкал меня иголками, как будто он — башмачник, а я — особо запущенный башмак. Даже сквозь местную анестезию, я чувствовала, как он меня разделывал своими иголками! Бррр!
Во-вторых, катетер мне ставили в ярёмную вену, и это была морока — ночью следить, чтобы он не загибался, умываться — проблема, пластыри быстро отклеивались, подшитую кожу постоянно тянуло.
Так что, если у вас будет выбор, ставьте катетер в подключичную вену! У мамы был такой, и она не знала и доли тех моих проблем.

Остаться худым: вся правда о бариатрической хирургии

С бросить лишние 5–10 кг веса сложно, но возможно. Что делать, если вес превышает норму на 30 и более кг? Бариатрическая хирургия решает эту проблему на раз-два. Раскрываем всю правду о бариатрии, а помогают нам в этом эксперты – заведующий отделением хирургии, руководитель центра хирургии ожирения Moscow Bariatric Group Илья Елагин и старший научный сотрудник НИЛ диабетологии и хирургической коррекции метаболических нарушений НМИЦ им. Алмазова Екатерина Кравчук.

Мы сейчас говорим о значительном «перевесе», или ожирении. Кстати, чтобы эти понятия — «лишний вес» и «ожирение» — не путать, нужно знать индекс массы тела (ИМТ). Расчет простой: ваш вес нужно разделить на ваш рост в квадрате. Если полученный результат, тот самый ИМТ, равен или больше 30, это вполне серьезная заявка на ожирение.

Проблемы с весом

Проблема борьбы с избыточным весом давно стоит перед медиками — толстяков в мире становится все больше. Только за последние пять лет число россиян, страдающих ожирением, увеличилось на 50 %. «Это связано с высокой доступностью и относительно низкой ценой на калорийные продукты, а еще с огромной сетью заведений быстрого питания, — объясняет причину растущего ожирения Екатерина Кравчук. — Неправильная еда в сочетании с хроническим стрессом и высоким темпом жизни неизбежно приводят к распространению ожирения». И пусть активисты движения «бодипозитив» сколько угодно пиарят топ-моделей размера plus size, а те бьют в свою пышную грудь, убеждая всех, как хорошо и комфортно они себя ощущают в своем большом теле, с ожирением надо бороться. Собственно, как с любой другой патологией здоровья. К тому же ожирение — это не эстетическая, как многие по ошибке считают, а серьезная медицинская проблема, которая неизбежно приводит к нарушению обмена веществ, развитию сахарного диабета типа II, сердечно-сосудистым заболеваниям, болезням суставов, варикозному расширению вен. Установлена причинно-следственная связь между избыточным весом и снижением репродуктивной функции у женщин и развитием эректильной дисфункции у мужчин. Бесплодие тоже связано с избыточным весом. По сути, в организме нет такого органа, который не страдал бы от лишнего веса. Поэтому проблему надо решать вместе с доктором.

Операция вместо диеты

«В реальности распространенность заболеваний, являющихся прямой причиной ожирения, невелика. Тем не менее любой пациент с лишним весом и ожирением должен быть обследован эндокринологом, чтобы оценить состояние здоровья, — предупреждает Екатерина Кравчук. — Если осложнения ожирения уже ощутимы, они могут проявляться одышкой, сонливостью, изжогой, чрезмерной жаждой и головокружением, на первичном этапе поможет врач общей практики. Доктор выявит проблему и направит к специалисту. По совокупности результатов обследования станет ясно, что делать дальше. Иногда бывает достаточно сочетать диетотерапию с физическими упражнениями под наблюдением диетолога, иногда не обойтись без назначения фармакологического лечения. В некоторых случаях приходится обращаться сразу к бариатрической хирургии. Но в психологической коррекции и поддержке нуждается каждый пациент с ожирением вне зависимости от выбранного пути коррекции». «Как показывает практика, подтвержденная клиническими исследованиями, когда речь идет о патологической тучности, консервативные методы лечения ожирения — диетотерапия, физические нагрузки, поведенческая терапия, медикаментозное лечение — малоэффективны в долгосрочной перспективе, — считает Илья Елагин. — Окончание курса лечения неизбежно приводит к рецидиву, вес набирается снова, а с ним возвращаются и все сопутствующие заболевания. Исследованиями последних лет было доказано, что после интенсивного похудения с помощью консервативных методов удержать вес удается не более 5 % пациентов. Поэтому на сегодняшний день никакие иные методы снижения веса не достигают уровня эффективности и надежности, кроме бариатрической операции».

Бариатрические операции успешно начали делать в СССР в начале 1980 ‑ х годов, хотя сам метод был разработан значительно раньше. Однако руководство тогдашнего Минздрава относилось к подобной хирургии негативно, и метод попал под запрет. Но в последние 30 лет бариатрия уверенно преодолевала кризис недоверия как со стороны пациентов, так и со стороны чиновников. И можно сказать, совершила революцию в лечении ожирения. «Эффект этих хирургических вмешательств стойкий и внушительный. Вес удается снизить на 40, 60 и даже 80 %. Результат сохраняется на многие годы. «Поэтому число бариатрических операций ежегодно растет во всем мире, — говорит Илья Елагин. — В США, где проблема ожирения стоит наиболее остро, за последнюю четверть века количество бариатрических операций возросло в десять раз (с 20 000 до 200 000 в год)! В европейских странах число таких вмешательств несколько меньше — в Германии и Италии 10 000–14 000 операций в год. В нашей стране пока не ведется точной статистики бариатрических операций. Связано это с тем, что далеко не все оперирующие хирурги вносят выполненные операции в официальный национальный реестр бариатрических операций. Считается, что в 2017 году в России выполнено около 3000 таких вмешательств, а в текущем году — около 1700».

Кому показаны бариатрические операции

Бариатрические операции в настоящее время не входят в стандарты оказания государственной медпомощи, отсюда и внебюджетный статус бариатрии. Но возможно, ситуация изменится, и тогда спрос на услугу неизменно будет расти, поскольку эффективность ее действительно высока. Абсолютным показанием к бариатрической операции считается ИМТ выше 40. При ИМТ от 35 до 40 бариатрическое вмешательство показано при наличии сопутствующих заболеваний. «В 2016 году Американская ассоциация врачей-диабетологов и Международная ассоциация диабета официально одобрили бариатрическую хирургию как полноценный метод лечения сахарного диабета II типа, — сообщил Илья Елагин. — Эти рекомендации основаны на результатах исследований, доказывающих, что консервативное лечение больных диабетом ll типа в сочетании с бариатрической операцией приводит к стойкой ремиссии. В связи с этим пациентам, страдающим сахарным диабетом, бариатрия может помочь независимо от того, с каким весом они приходят на операцию. Например, у пациента вес небольшой, но есть сахарный диабет и артериальная гипертензия или другие показатели метаболического синдрома. Ожирение и лишний вес в его случае — это факторы риска. Поэтому таким пациентам разрешается выполнять бариатрические вмешательства и при наличии ИМТ ниже 35».

Как проводится бариатрическая операция

Бариатрические вмешательства выполняют преимущественно лапароскопически — без полостных разрезов, но под общей анестезией, которую подбирают индивидуально, с учетом возраста пациента, его желания и наличия сопутствующей патологии. Продолжительность операций — от часа до полутора. Специфика зависит от конкретной ситуации, навыков хирурга и вида выбранной операции. Об основных видах бариатрии рассказывает Илья Елагин.

  • Бандажирование желудка

Выполняют с целью значительного уменьшения полости желудка (без удаления). Из верхней части желудка формируется своеобразный «маленький желудочек» емкостью не более 15 мл. Ниже накладывается бандаж — силиконовое кольцо с внутренней гидравлической манжетой (для каждого пациента оно регулируется индивидуально). Делается это с помощью введения в манжету жидкости через вшитый под кожу специальный порт, для того чтобы жидкость проходила через сужение быстро, а твердая пища задерживалась подольше. Пища растягивает «малый желудочек», рецепторы реагируют на это и посылают в мозг информацию о насыщении. Аппетит уменьшается, человек меньше ест и худеет. Средняя потеря веса при бандажировании составляет 50 %.

  • Рукавная гастропластика

Удаляется большая часть (до 85 %) желудка, а из оставшейся формируется длинная тонкая трубка («рукав»). Пища задерживается в узкой трубке и вызывает насыщение. Вероятная потеря веса — 60 %. При наличии диабета типа II в 80 % случаев наступает стойкая ремиссия.

  • Шунтирование желудка

Желудок делят танталовыми скрепками на два неравных сегмента. Затем наименьший сегмент (емкостью 50–60 мл) соединяют (анастомозируют) с тонкой кишкой, минуя двенадцатиперстную кишку. Благодаря такому изменению пациент постепенно теряет до 80 % веса. В 90 % достигается ремиссия сахарного диабета.

Под наблюдением

Несмотря на то что бариатрическая операция выполняется лапароскопически, это все равно операция, а значит, стресс для организма. «Минимальная травматизация органов и тканей при выполнении бариатрической операции невелика — 1–3 %, — говорит Илья Елагин. — Многое, конечно, зависит и от пациента — как он будет выполнять рекомендации врача по диете и образу жизни, принимать рекомендованные медикаменты и т. д. Если пациент точен в выполнении рекомендаций доктора, то основная цель операции — избавить от непомерной нагрузки и рисков развития многочисленных заболеваний, связанных с ожирением, оздоровить его в целом, а также решить разнообразные психологические и социальные проблемы — выполняется в полной мере».

Словом, хотите быть стройным и здоровым, после операции некоторые привычки, в частности вкусно и обильно поесть, придется отбросить. «Пациент, перенесший бариатрическую операцию, должен наблюдаться у врача в течение всей жизни, и особенно —сразу после операции. Такое радикальное вмешательство (особенно в первые несколько недель) значимо меняет образ жизни пациента, — уточняет наш эксперт. — В первые два месяца приходится соблюдать ограничения по составу и консистенции пищи, в дальнейшем можно перейти к привычному питанию, но в гораздо меньших объемах».

Наши эксперты


заведующий отделением хирургии,

«Во взаимоотношениях бариатрических хирургов и эндокринологов – хаос»

«ВАЖНО, ЧТОБЫ ОПЕРАЦИИ ДЕЛАЛИ ПРАВИЛЬНЫЕ ЛЮДИ»

– Отнесение бариатрии к ВМП – позитивный для специальности знак?

– Не всей бариатрии, а шунтирующих операций при сахарном диабете в сочетании с ожирением. Это ключевая позиция – сахарный диабет. Поскольку шунтирующие операции лечебные и с точки зрения сахарного диабета, и с точки зрения ожирения, их поместили в высокотехнологичную медицинскую помощь.

– Это даст дополнительное развитие этому медицинскому направлению? Ведь раньше такие операции были исключительно коммерческими, то есть пациентопоток был ограничен.

– Да, сейчас поток ограничен известностью врача и платежеспособностью пациента. Важно, чтобы операции по ВМП делали в правильных местах и правильные люди – те, кто умеет их делать, и в учреждениях, которые действительно занимаются бариатрическими пациентами. Условия для того, чтобы тебе дали возможность оказывать ВМП, достаточно жесткие, поэтому операции будут проводиться, скорее всего, в правильных местах. Думаю, что это даст дополнительный толчок развитию бариатрии, потому что будет положительный пример, в первую очередь для эндокринологов, которые будут наблюдать этих пациентов после операции: как они худеют, как у них нормализуется сахар, как улучшается качество их жизни. И эндокринологи в эту историю поверят и станут направлять пациентов, даже если больные имеют не диабет, а просто ожирение. То есть это, по идее, повлияет на первичное звено – эндокринологов, которые практически никогда не направляют к нам пациентов.

– Почему?

– Очень сложный вопрос, может быть, они в хирургические методы не верят. У меня есть пациентка, у которой был тяжелый сахарный диабет. Она похудела, родила ребенка, у нее прошел диабет, но эндокринолог до сих пор попрекает ее сделанной операцией. Глупость какая‑то. Ты вел этого человека несколько лет без положительных сдвигов, а тут его прооперировали и есть результат. Это первое обстоятельство, определяющее позицию коллег, – нежелание двигаться вперед.

Второе – у нас ожирение сейчас, к сожалению, не рассматривается как проблема медицинская. К нему относятся как к человеческому пороку, греху: объедался, стал толстым, перестань есть и станешь худым. Так всегда говорят, но есть же четкие границы. Когда человек доходит до определенной степени избыточного веса, он перестанет есть, но нормально не похудеет – немного снизит, потом опять сорвется.

Это заболевание, занесенное в Международную классификацию болезней. Ожирение нужно лечить в том числе хирургически. Есть еще одна причина – люди боятся большого количества осложнений, потому что, когда бариатрическая хирургия начиналась, были проблемные случаи, сейчас все по‑другому.

«ХУДЕТЬ НАДО ТОЖЕ ПРАВИЛЬНО»

– Результаты бариатрических вмешательств улучшились?

– Почему? Поменяли подход, иначе стали делать операции?

– Конечно, и операции стали более продуманными. Но главное, стали следить за своими пациентами. Раньше послеоперационному ведению пациента уделяли меньше внимания – сделали операцию, пациент ушел. Сейчас этот пациент находится под пристальным наблюдением в процессе похудения, а желательно и дальше, он принимает витаминные препараты, микроэлементы. Худеть надо тоже правильно, ведь у таких пациентов перестают нормально всасываться некоторые витамины и микроэлементы, и это нужно исправлять. Поскольку раньше этого не делали, получали проблемных пациентов. Получали их не хирурги, а те же самые эндокринологи и терапевты, потому и стали относиться к методике плохо.

Сейчас практика меняется. Во‑первых, действует Общество бариатрических хирургов России. Наше профессиональное сообщество не имеет юридических полномочий, но способно по крайней мере вести просветительскую работу среди пациентов и докторов, в том числе нехирургических специальностей. Мы проводим конференции, рассказываем, что и как правильно делать, чтобы реально помочь таким больным. Наконец, у врачей появилась возможность ездить по зарубежным конференциям, учиться.

– А как сейчас больные попадают к вам – эндокринолог направляет его к бариатрическому хирургу или пациент находит вас сам?

– Чаще всего пациент где‑то услышал, что можно справиться с такими проблемами с помощью бариатрической операции, открыл интернет и начал искать. За мою практику от эндокринологов, несмотря на мои периодические беседы с коллегами, пришли только два человека. Я не знаю, в чем дело, как еще человека можно заставить. Главный врач должен говорить эндокринологу: «К тебе придет пациент с ожирением, сразу его к бариатрическому хирургу»? Невозможно так сделать, к сожалению, особенно если речь идет о частном медицинском центре. Ведет прием эндокринолог, у него есть пять пациентов, которые раз в месяц к нему приходят.

Если эндокринолог передаст всех этих пациентов бариатрическому хирургу, его доход упадет, поскольку эти пациенты прооперируются. Так думает эндокринолог. На самом деле эти пациенты нуждаются в наблюдении и коррекции пожизненно. И если поговорить с пациентом и правильно ему все объяснить, он будет приходить к эндокринологу и после операции. Да, у него нормализуется сахар, но его нужно будет корректировать, периодически обследовать. С ним нужно будет общаться, заниматься, регулировать его питание, физические нагрузки.

И в этом смысле, получается, эндокринологи недальновидны. Пациент, у которого в течение нескольких лет наблюдения у такого специалиста сахар остается высоким, скажет: «Плохой эндокринолог, уйду я от него». Идет к другому, потом к следующему. Так и циркулирует. В какой‑то момент доходит до бариатрического хирурга, а после не возвращается к своему эндокринологу, потому что думает, что эндокринолог плохой. В итоге приходится нам, хирургам, после операции заниматься с пациентами, назначать им таблетки, хотя это должен делать квалифицированный терапевт или эндокринолог.

– Если пациент нашел вашу клинику, ему сделали операцию, то вы и дальше его ведете?

– Мы своих пациентов не бросаем, я несу за больного ответственность. Это называется потенциальной возможностью пожизненного наблюдения. Пациенту не нужно каждый месяц являться на прием в определенный день в восемь утра. Он раз в три месяца сдает анализы, отправляет результаты в WhatsApp или на почту, мы их смотрим и корректируем назначения, мы с ним постоянно общаемся. А дальше через год, когда пациент похудеет, мы рекомендуем ему делать аналогичное обследование ежегодно. Но вот только пациенты у нас малосознательные.

– Через год не приходят?

– Через три месяца пишут, созваниваются процентов 70–80, через полгода – половина от этих 70–80%, а через год остаются единицы. Мы решили проанализировать собственные результаты по сахарному диабету и ожирению, и моя помощница начала обзванивать пациентов, которым было сделано шунтирование год назад. Из более чем 30 пациентов только четыре человека сдали назначенные врачом анализы.

– Эти люди стали чувствовать себя лучше?

– Да, у них все хорошо, и они, попросту говоря, задвинули данные им рекомендации. Потом, когда что‑то тревожащее их происходит, они объявляются – лет через пять – с вопросами.

– Какого рода проблемы у них возникают?

– Проблемы появляются, когда они перестают принимать витамины. Это специальные комплексы, пока в России не сертифицированные. У нас есть только БАДы, приближенные по содержанию к нормальным бариатрическим витаминам. Если пациенты перестают принимать витамины, могут начаться проблемы со всеми органами и системами, на которые эти витамины действуют. Могут быть проблемы с костной системой, со зрением, у некоторых возникают язвы в области анастомоза, воспаление слизистой пищевода. Этим нужно заниматься: даже неоперированный человек каждый год должен проходить диспансеризацию, а оперированные пациенты – тем более.

«ПАЦИЕНТОВ НА ВСЕХ ХВАТИТ»

– Идею с погружением вмешательств в категорию ВМП продвигало профессиональное сообщество бариатрических хирургов?

– Этим совместно занимались НМИЦ эндокринологии и Общество бариатрических хирургов. Были долгие встречи, переговоры.

– То есть продвинутые эндокринологи понимают плюсы бариатрической хирургии?

– Да. В отрасли в целом во взаимоотношениях эндокринологов и бариатрических хирургов наблюдается хаос: где оперировать диабет, где не оперировать, где оперировать ожирение, а где лечить. У нас есть Институт питания на Каширском шоссе, там лечат ожирение, и от них люди приходят периодически недовольные, потому что нужно дифференцировать: где‑то нужно полечить пищевые нарушения или, если у человека первая степень избыточного веса, лечить его диетой. А пытаются лечить людей с индексом массы тела 40–50 и выше, со сверхожирением: человек худеет на несколько килограммов, выписывается, через три дня у него эти килограммы опять в плюсе.

Если бы каждый занимался своим делом, таких случаев не возникало бы. Пациентов на всех хватит. У нас в стране 30% населения имеют избыточный вес, из них в операции, в свою очередь, нуждаются только 30%, остальным хирургическое вмешательство не показано. Но у нас в год делается примерно 4 тысячи бариатрических операций, а нуждаются в них более 10 млн человек, если исходить из численности населения страны.

В мире в общей сложности ежегодно делается 650 тысяч таких операций, у нас – только 4 тысячи. В российском Обществе бариатрических хирургов состоит немногим более 100 специалистов, из них активно оперируют человек 25. И это на 146 миллионов жителей страны.

– Может быть, кто‑то из практикующих бариатрических хирургов в сообщество просто не входит?

– Возможно, где‑то такие люди и есть, но количество проводимых ими операций несопоставимо с общим масштабом.

– Где действуют крупные, имеющие достаточные компетенции, бариатрические центры?

– В основном в Москве и Санкт‑Петербурге. Большое количество операций выполняется в Ставрополе, активно оперируют в Воронеже, Самаре, Калининграде, Ростове‑на‑Дону, Новосибирске, Омске, Красноярске.

– В Общество бариатрических хирургов входят врачи как частных, так и государственных клиник?

– Сейчас вся бариатрия – это платная история, поэтому, где бы ты ни работал, человек будет оперироваться за деньги. ВМП, к которой определенные операции отнесены с 2019 года, не в каждом центре доступна, потому что профильное медучреждение должно быть лицензировано на оказание ВМП именно по энкдокринологии. Это, конечно, странно получается – за деньги ты оперируешь, и результат нормальный. А по ВМП оперировать нельзя – вентиляция не той системы, дверные проемы на три миллиметра меньше. Я, конечно, утрирую, но часть лицензионных требований сложно понять. Наш центр в марте лицензирован по профилю «эндокринология», и, надеюсь, с апреля мы сможем оказывать ВМП пациентам с сахарным диабетом II типа и ожирением.

– А тариф ВМП адекватный?

– Да, тариф рассчитывался сейчас с учетом нынешних цен. Примерно столько же платит сам пациент, если оперируется коммерческим образом.

– Вы сказали, что контроль за бариатрическими пациентами изменился и это улучшило результат. А сами операции изменились?

– Мы учимся, совершенствуемся, практический опыт нарабатывается. Когда‑то все начиналось с открытых операций – сейчас все это делается лапароскопически, малоинвазивно, сшивающие аппараты становятся лучше. Есть относительно новые операции, проходящие сегодня этап активного изучения. Например, мини‑желудочное шунтирование – очень хорошая операция. Но, в принципе, революционных вещей в специальности не произошло.

У нас в ВМП входят шунтирующие операции – гастрошунтирование, билиопанкреатическое шунтирование и мини‑гастрошунтирование. Самая популярная операция в России – рукавная резекция желудка, но она не включена в ВМП, потому что не настолько лечебная в отношении сахарного диабета. Первоначально результатом вмешательства становится снижение веса, и на этом фоне у человека может улучшаться течение сахарного диабета, но при шунтирующей операции эти показатели будут одномоментными.

Читать еще:  Новая МРТ «видит» молекулярные изменения в мозге
Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector