1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Фонд Хабенского и другие благотворительные фонды получат 75 млн рублей на помощь детям

Фонд Хабенского рассказал, как вычислить мошенников при сборе денег на лечение детей

Деньги на лечение детей сегодня в России собирают в электричках и подземных переходах, на концертах и спектаклях, в СМИ и на интернет-ресурсах. Обыватели теряются среди десятков просьб о помощи, каждая из которых, как правило, связана со спасением жизни ребенка. А благотворительные организации с многолетней историей сетуют, что поступления от неравнодушных жертвователей в последнее время сокращаются.

При этом, по словам медиков и самих благотворителей, многомиллионные суммы «необходимых» средств на лечение детей от рака в клиниках Германии или Израиля бывают оправданы примерно в 1% (!) случаев. Во всех остальных ситуациях ребенка успешно лечат в России по полису ОМС.

Увы, наличие нечистых на руку общественников, зарабатывающих на готовности людей спасти жизнь ребенку, сегодня уже ни для кого, кроме самих жертвователей, не является новостью.

Федеральное агентство новостей пообщалось с благотворительными организациями и медиками и выяснило, как избежать спонсирования мошенников и оказывать помощь тем, кому она действительно нужна.

Борьба со лже-Хабенскими

Член Совета по стратегическому развитию здравоохранения при правительстве РФ Евгения Майорова возглавляет совет Челябинского движения помощи онкобольным детям «Искорка», образованного сообществом родителями заболевших детей еще 18 лет назад. По ее словам, количество всевозможных благотворителей и собирающих деньги волонтеров в последнее время растет в геометрической прогрессии.

«Организаций стало намного больше, и это мешает в работе, потому что людям сложно разобраться, кому можно верить», — рассказала ФАН Евгения Майорова.

В Благотворительном фонде Константина Хабенского также констатируют, что противодействие мошенникам давно стало частью работы организации.

«Мошенничество так или иначе присутствует в любой сфере нашей жизни, поэтому странно думать, что в благотворительности его почему-то не будет», — рассказала ФАН директор фонда Алена Мешкова.

Известный российский актер театра и кино Константин Хабенский основал фонд помощи детям с онкологическими и другими тяжелыми заболеваниями мозга в апреле 2008 года. С тех пор в Интернете периодически появляются, создавая путаницу, кибердвойники Хабенского-благотворителя.

«Нам повезло: бороться с фейковыми страницами основателя нашего фонда и другими угрозами нам помогают сотрудники Group IB (компания-резидент Фонда Сколково, специализирующаяся на расследовании киберпреступлений. — Прим. ФАН)», — поделилась Алена Мешкова.

Как отличить мошенника

Однако, по словам представителей фонда, чтобы выявить мошенников, жертвователям совсем не обязательно привлекать профессиональных специалистов — достаточно потратить несколько минут на сбор информации.

«Если говорить о мошенничестве в Интернете, то расставаться со своими средствами стоит только тогда, когда вы уверены, что перед вами — настоящая страница действующего благотворительного фонда. У которого на сайте есть отчеты, актуальные новости, который знают другие благотворители и который точно возник не вчера», — пояснила директор Фонда Хабенского.

Общественники советуют не принимать спонтанных решений о перечислений денег в адрес благотворительной организации, несмотря на то, что истории тяжелобольных детей чаще всего вызывают желание помочь как можно скорее.

«Главный способ не нарваться на мошенников — это помогать осознанно, а не эмоционально. Ведь именно на это и рассчитывают мошенники: на ваши сильные сиюминутные эмоции и вечную нехватку времени», — отметила собеседница ФАН.

Кроме того, по словам Алены Мешковой, порядочность благотворительной организации можно проверить по ее наличию на определенных площадках.

«Мы всегда советуем помогать проверенным благотворительным организациям — например, тем, которые есть на платформах «Такие дела» или Dobro.Mail.ru», — добавила Мешкова.

Особые вопросы вызывают уличные сборщики денег, курсирующие с коробками по пригородным поездам или встречающие горожан в наиболее проходимых местах.

«Проверенные фонды никогда не собирают наличные средства в общественных местах вроде метро, электричек или бульваров. Например, наших волонтеров со специальными ящиками в руках можно встретить только на спектаклях и концертах, куда нас приглашают сами артисты», — обозначила Алена Мешкова позицию Фонда Хабенского.

Отказ от уличного сбора денег закреплен и в одной из деклараций, которую к этому моменту подписали около 290 некоммерческих организаций России, занимающихся благотворительностью. Еще в 2017 году общественники объединились в Ассоциацию «Все вместе», противостоящую мошенникам: помимо декларации, на их сайте размещены «рискометр» для проверки благотворительной организации и сервис подачи заявления о подозрительном сборе денег.

Обман может стоить жизни

Общественники и медики отмечают, что не связанные с реальными детьми и их родителями мошенники — это еще полбеды. В таких случаях цена обмана измеряется только несколькими сотнями или тысячами рублей, попавшими в карман нарушителей. Куда хуже, когда и фотография, и история ребенка вполне реальны и он действительно нуждается в медицинской помощи — но лишен ее.

«Очень часто мы сталкиваемся с тем, что организация, куда попадают оказавшиеся в сложной ситуации родители, уговаривает их собирать деньги на лечение за рубежом. И они теряют время, пока не наберется нужной суммы, чтобы вывезти ребенка в клинику», — рассказывает руководитель движения «Искорка Фонд» Евгения Майорова.

По словам общественницы, в своей практике она сталкивалась и с трагическими историями взаимодействия с сомнительными фондами.

«Семья, вместо того чтобы поехать в федеральную клинику по бесплатной квоте, собирала деньги на лечение в Израиле. В итоге они там оказались, но так получилось, что их никуда не приняли, и они вынуждены были вернуться», — привела пример представительница челябинского общественного движения.

По словам Евгении Майоровой, в России «потерявшихся» обладателей квоты на бесплатное лечение в итоге приняли, несмотря на несоблюдение сроков поступления.

«Они сделали ребенку пересадку костного мозга, но он, к сожалению, ее уже не выдержал, потому что был в тяжелом состоянии. Когда ребенку уже очень плохо, имеет значение каждый потерянный день», — пояснила собеседница ФАН.

Директор НИИ детской онкологии и гематологии в Национальном медицинском исследовательского центре онкологии им. Н.Н. Блохина Светлана Варфоломеева в интервью ФАН рассказала о необходимости медицинского наблюдения за тяжелобольным ребенком, даже если у родителей есть сомнения в успешности лечения у отечественных специалистов.

«Я всегда спрашиваю, где находится ребенок. Мне отвечают: дома. Но он не может быть дома — может случиться любая трагедия», — заявила медик.

Светлана Варфоломеева добавила, что в большинстве случаев выступает за то, чтобы ребенок с доказанным тяжелым заболеванием находился под присмотром профессиональных врачей, даже если семья в этот момент пытается собрать миллионы на его лечение в иностранном медучреждении.

«Давайте мы ребенка госпитализируем, обследуем, начнем лечить, и в это время родители уже смогут задать своему врачу все интересующие вопросы. В частности, о том, насколько эффективна технология, которая используется в данной клинике, и существует ли разница с данными международных больших групп. Диалог с врачом всегда должен быть открытым, ничего в этом сложного нет», — добавила Варфоломеева.

Первоклассные эксперты

Ранее глава НИИ детской онкологии и гематологии в подробном интервью ФАН о лечении детей от рака в России рассказала о том, что в 99% случаев детям даже в тяжелых случаях можно помочь в России.

Точно такие же цифры назвали корреспонденту ФАН и в Благотворительном фонде Константина Хабенского.

«Наши подопечные, дети с опухолями мозга, в 99% процентах случаев проходят лечение в России. Здесь есть врачи-профессионалы, которые по-настоящему любят свое дело, следят за всеми изменениями в сфере нейроонкологии, посещают зарубежные медицинские конференции (в этом мы их поддерживаем) и являются первоклассными экспертами, способными обеспечивать лечение детей на том же уровне, что и в развитых странах», — отметили в фонде.

Среди причин массовых сборов на лечение детей в зарубежных медицинских центрах специалисты называют как особенности менталитета родителей, так и желание недобросовестных благотворительных организаций заработать на чужой беде.

Согласно федеральному закону № 135-ФЗ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», некоммерческие организации этого профиля имеют право тратить на собственные нужды до 20% от собранных средств. Учитывая, что в заявках на лечение в зарубежных клиниках фигурируют многомиллионные суммы, возможность содействовать родителям в организации такого лечения может привлекать недобросовестных активистов, которые стремятся убедить семью везти ребенка на лечение в Израиль или Германию.

Между тем, даже медицинскую помощь за рубежом можно получить, обратившись в соответствующее ведомство в России.

«У нас есть комиссия Минздрава по отбору для лечения за рубежом — туда тоже можно обратиться, и в ряде случаев мы обращаемся в эту комиссию. Когда-то нас поддерживают, когда-то нет, но если не поддерживают, то всегда предлагают альтернативу, которой можно воспользоваться в России», — пояснила руководитель НИИ детской онкологии и гематологии.

По словам общественных активистов, зачастую родителям просто не хватает достоверной информации, чтобы принять правильное решение и не навредить собственному ребенку.

«Важно, чтобы были профессиональные организации, которые могли бы родителям объяснять: если у папы с мамой есть деньги, они могут ехать за рубеж — это их право. Но важно, чтобы родители понимали, на что они могут там рассчитывать, есть ли разница между лечением в России и за рубежом и может ли семья себе это позволить», — подытожила Евгения Майорова.

Читать еще:  Найден новый способ защиты от высоких доз радиации

Фонд Хабенского и другие благотворительные фонды получат 75 млн рублей на помощь детям

Mastercard проводит общероссийскую новогоднюю благотворительную кампанию «Создадим новогоднее волшебство – вместе поможем детям». В декабре, оплачивая покупки картой Mastercard, в торговых предприятиях по всей стране или онлайн держатели карт поддерживают эту кампанию и участвуют в благотворительности.

Mastercard направит 75 млн. рублей в фонд «Друзья» на развитие 12 благотворительных фондов России, помогающих детям, и реализацию конкретных проектов этих фондов. Основные средства будут распределены между фондами: «Солнечный город» (Новосибирск), «Линия жизни» (Москва), «Вера» (Москва), «Выход» (Москва), «Фонд Хабенского» (Москва), «Обнаженные сердца» (Москва), «Дети-бабочки» (Москва), «Детские сердца» (Москва), «Антон тут рядом» (Санкт-Петербург), «Доктор-клоун»(Москва), «Дети наши», (Москва), «МойМио» (Москва).

Каждый из фондов-участников подал заявку с описанием и планами по развитию проекта, и в ноябре 2020 года представит отчет о результатах.

Фонд «Друзья» уже второй год выступает партнером в проведении благотворительной кампании Mastercard и берет на себя ответственную миссию координатора и консультанта по формированию грантовой политики этого общероссийского проекта.

Декабрь предшествует главному семейному празднику в России, в это время люди особенно хотят верить в чудеса и стремятся делать всех вокруг счастливыми. Но не у всех детей в стране есть возможность провести Новый год дома с родителями и даже жить в достаточно хороших условиях. Поэтому Mastercard инвестирует средства в поддержку фондов, помогающих детям, и делает процесс оказания помощи максимально простым.

«Mastercard поддерживает общественно значимые инициативы по всему миру, в том числе и в России. Мы прикладываем все усилия, чтобы россияне могли максимально легко и просто принять участие в проектах социальной поддержки. Новогодняя акция Mastercard – это реальная помощь детям и семьям, а также вклад в развитие благотворительности в стране. Мы очень рады нашему сотрудничеству с фондом «Друзья», поскольку это партнерство дает нам возможность поддержать сразу несколько проектов и помочь большому количеству людей», ­– отмечает Алексей Малиновский, глава Mastercard в России.

«Мы как фонд-платформа существуем для того, чтобы облегчать взаимодействие между бизнесом и НКО и делать это таким образом, чтобы все стороны извлекали из этого пользу, достигали своих целей и радовались сотрудничеству. Для фонда «Друзья» это большая гордость и ответственность второй год подряд помогать Mastercard реализовывать такую важную новогоднюю инициативу», – комментирует Мария Баландина, Управляющий директор фонда «Друзья».

В поддержку кампании Mastercard с 4 декабря запускает в социальных сетях флешмоб под хештегом #детскиемечты. Чтобы стать участником, достаточно опубликовать фотографию, символизирующую вашу детскую мечту, и поделиться историей про нее. В конце поста нужно рассказать про благотворительную акцию Mastercard и передать эстафету, отметив своих друзей.

В 2018 году компания Mastercard направила 10 миллионов рублей на реализацию программы «Помощь медицинским учреждениям» Фонда Хабенского. Эта программа решает задачи, связанные с повышением качества проводимого в России лечения за счет улучшения инфраструктуры клиник. Все реализованные в рамках программы проекты позволяют сделать лечение подопечных Фонда — детей с опухолями мозга — более точным и эффективным и менее болезненным. Фонд Хабенского рассказал, какое именно медицинское оборудование было приобретено и кому оно поможет.

Для лаборатории Национального медицинского исследовательского центра нейрохирургиии им. Н. Бурденко были оплачены три поставки. Среди них система архивирования парафиновых блоков. После проведения исследования, в ходе которого специалисты уточняют диагноз, корректируют прогноз и подбирают наиболее эффективную тактику лечения, образцы опухоли парафинируют и оставляют на хранение — в случае, если у пациента спустя несколько лет случится рецидив, образцы можно будет исследовать заново.

Фото: Дмитрий Воинов

«Система архивирования представляет собой шкаф с выдвижными ячейками. Она очень удобна тем, что позволяет быстро получить доступ к образцу любой давности. На каждого пациента приходится несколько (иногда больше десяти) образцов, поэтому ежегодно у нас появляется проблема с местом для хранения. Решить ее можно только посредством покупки дополнительных шкафов», — рассказывает Алмаз Мирзоева, лабораторный техник Центра им. Бурденко. Ежегодно в лаборатории Центра проводятся различные молекулярно-генетические исследования более, чем для 400 детей и молодых взрослых с опухолями головного мозга.

Также для Центра нейрохирургии им. Н. Бурденко был оплачен принтер для маркировки гистологических кассет, в которых хранятся образцы опухоли. Он необходим для оптимизации процесса исследований, в ходе которого важно не перепутать изучаемые образцы.

Фото: Дмитрий Воинов

Лабораторный техник Алмаз, которая работает с этим принтером ежедневно, поделилась своими впечатлениями от нового оборудования: «Раньше кассеты мы подписывали вручную. Это занимало много времени, к тому же имел место быть человеческий фактор: лаборанты могли неразборчиво написать регистрационный номер. Из-за этого часто возникала путаница при идентификации образцов. С принтером такой проблемы нет, а весь процесс происходит гораздо быстрее».

Партия лабораторных холодильников для хранения реагентов, которые используются при проведении различных исследований (ежегодно их число превышает 2000 только для детей) — еще одна поставка, которая появилась в Центре нейрохирургии им. Н. Бурденко благодаря компании Mastercard. Для получения объективных результатов, важно хранить реагенты в определенных условиях, в том числе соблюдать температурный режим.

Фото: Дмитрий Воинов

«Объем проводимых исследований очень большой, поэтому реагентов требуется много. Раньше места в холодильниках не хватало, приходилось его сильно экономить: складывать все вплотную или сокращать количество поставляемых реагентов. Теперь такой проблемы нет, в новых холодильниках достаточно пространства для хранения», — рассказала фельдшер-лаборант Центра нейрохирургии Ирина.

Благодаря компании Mastercard в лечебно-научном реабилитационном центре «Русское поле», где ежегодно проходят реабилитацию более 500 детей, перенесших онкологические заболевания головного мозга, появился второй метаболограф — прибор, с помощью которого исследуют обмен веществ пациентов. После болезни многие процессы в организме оказываются нарушены, из-за чего возникают препятствия на пути к восстановлению. Поэтому пациенты нуждаются в правильно подобранной диете, которую на основе информации, полученной с помощью метаболографа, для них составляют нутрициологи. Благодаря второму прибору специалисты центра смогут использовать его не только в момент физических нагрузок, но и во время сна пациентов.

О том, почему это важно, рассказывает Серафима Чечельницкая, заведующая отделением физической реабилитации детей с онкологическими заболеваниями центра «Русское поле»: «Информация о метаболизме, полученная во время нагрузок имеет еще большую ценность, когда она дополняется данными, полученными во время сна пациента, так как в обоих случаях организм ведет себя по-разному. Переносить прибор из одного корпуса в другой было нецелесообразно и сложно, так как его нужно каждый раз настраивать заново. Но второй метаболограф решил эту проблему».

Также для центра «Русское поле» Фонд оплатил методики тестирования и оценки когнитивных функций — таких, как память, внимание, речь, восприятие. У пациентов с опухолями головного мозга эти функции нарушаются в результате длительного и сложного лечения.

«Новые методики значительно расширят наши возможности. Например, те, по которым мы работали прежде, были рассчитаны на измерение интеллекта только у детей в возрасте от 7 до 16 лет, не позволяли измерить все необходимые психомоторные и двигательные параметры, а также не всегда были применимы для детей с определенными физиологическими особенностями, например, незрячих. Мы не могли работать с каждым ребенком вне зависимости от его возраста, нарушений и других факторов. Но с новыми методиками у нас будет гораздо меньше ограничений», — Елена Глебова, заведующая отделением клинической психологии, социально-педагогической диагностики и коррекции центра «Русское поле».

Для Морозовской детской городской клинической больницы мы приобрели расходные материалы — 110 электродов и 90 болтов — для проведения инвазивного ЭЭГ-мониторинга. Это один из самых современных и дорогостоящих методов, который отличается высокой эффективность: мониторинг позволяет получить информацию о расположении очага эпилептической активности, которая может быть вызвана некоторыми видами опухоли, когда сделать это с помощью других методов невозможно. Поэтому такой вид диагностики назначают не каждому пациенту.

Фото: Света Мишина

«За два года ЭЭГ-мониторинг мы провели примерно в 25 случаях. Более 10 детей после этого были прооперированы, в результате чего у каждого из них прекратились приступы. Мониторинг для остальных пациентов показал, что удаление участка мозга не поможет победить эпилепсию — так пациентам удалось избежать бессмысленной операции. Благодаря расходным материалам, оплаченным Фондом, мы сможем провести ЭЭГ-мониторинг для 6-7 детей», — Владимир Соловьев, руководитель лаборатории предхирургической диагностики эпилепсии.

Партия из 40 устройств длительного венозного доступа была поставлена в НИИ детской онкологии, гематологии и трансплантологии им. Р. Горбачевой в Санкт-Петербурге.

«Такие устройства применяется для внутривенного введения препаратов, в том числе при высокодозной химиотерапии. Они минимизируют количество осложнений, которые могут возникнуть во время лечения, и повышают качество жизни пациентов», — рассказывает Александр Швецов, заведующий операционным блоком №8 Института им. Горбачевой. Устройство длительного венозного доступа избавляет от необходимости делать новые инъекции при каждом введении лекарства. Получается, для 40 детей с онкологическими заболеваниями процедура химиотерапии станет менее болезненной.

«Мы многодетные, помогите чем можете!»: кто зарабатывает на больших семьях — благотворительные фонды или сами мамаши

«Дорогая редакция, помогите! Уже четыре года благотворительный фонд зарабатывает на мне и моих детях. Сделали наши фотографии и собирают с людей деньги. А к кому они попадают в карман? Точно не ко мне!». Такое письмо в «Комсомолку» прислала многодетная мама из Москвы 29-летняя Нина Маликова . По телефону женщина давила на жалость, мол одна воспитывает шестерых детей и теперь еще вынуждена разбираться с волонтерами.

— Сначала гор золотых наобещали, а потом пару раз гречку привезли и пропали. Я уже заявления в полицию подала и в прокуратуру. Но наши фотографии все висят на сайте фонда, — возмутилась Нина.

И правда, в разделе «Подопечные» многодетная семья Маликовых значится. На фото не поскупились: их тут более двадцати. Листаю. Довольные дети и мама позируют на камеру вместе с директором фонда (она на фото в белом чепчике сестры милосердия). Все просто светятся от счастья, а на заднем плане подарки семье: коробки с подгузниками, игрушками и канцтоварами. Гречка, на которую жалуется Нина, не засветилась.

Читать еще:  Люмбализация s1 позвонка — что это такое и как лечится

Любопытно, какая кошка пробежала между многодетной мамой и руководством фонда и отчего, раз уж дело дошло до холодной войны с участием следователей, не удалить их фото с сайта? За ответами я отправилась в гости к Маликовым. Нагрянула без предупреждений, чтобы заодно посмотреть, как дети живут.

ГДЕ ДЕНЬГИ, ЗИН?

В трешке на юге Москвы вечером вся семья в сборе: Нина и шестеро детей. На руках у мамы улыбается во все свои два зуба младшенькая, шестимесячная Ангелина. Четверо мальчишек, старшему 11, младшему 3 играют в войнушку в телефонах. А старшая из девочек 9-летняя Люба не отходит от мамы и сестренки, и без остановки агукает с малышкой. Повсюду разбросаны игрушки, обычная картина, для семьи, где растут дети. Обстановка скромная, но бедностью не отдает.

— А почему вы решили за помощью обратиться? Не хватало средств?

— Были тяжелые времена. Четыре года назад у меня было трое детей и четвертый вот-вот должен был на свет появиться. Муж меня вот так беременную и бросил. Сказал, что устал и просто собрал чемодан и уехал к себе на родину, в Барнаул . Тогда так прижало, что я стала искать хоть какую-то помощь. Обзвонила несколько фондов. Оказалось, найти тех, кто готов помогать именно многодетным — не просто. Большинство отмахивались от нас. После пятнадцатого отказа я четко поняла, что у нас люди больше любят бездомным кошкам и собакам помогать, чем детям. А потом вышла на фонд «Группа Милосердие — радость моя». Нам сразу пообещали помощь и через несколько дней в гости приехала директор фонда Рузана Шилова . Она сделала фотографии и пропала. Это уже потом я от знакомых узнала, что про мою семью фонд вовсю рассказывает на радио и в интернете и что для нас деньги собирают. Во всех объявлениях был указан расчетный счет фонда. Реклама шла, а про нас просто забыли.

— То есть до вас вообще помощь не дошла?

— Я долго ждала, когда же к нам приедут волонтеры. Но от них вообще не было информации. Мне пришлось самой про нас напомнить и не один раз. После нескольких звонков через полгода к нам приехали и привезли гречку. Опять сделали фото и опять стали рекламу давать, мол помогите Маликовым. И снова пропали, на этот раз на год. В последний раз появились у нас в сентябре 2017-го. Привезли тогда памперсы, игрушки, канцтовары. Опять фотографии сделали. Я тогда пыталась узнать, сколько же средств для нашей семьи собрали. С этого и начался наш конфликт. Меня просто послали куда подальше. Директриса даже телефон мой в «черный список» занесла. При этом на нас до сих пор собирают деньги и так уже четыре года. Я по-хорошему просила их остановить все эти сборы, но меня не услышали. Только после этого я пошла в полицию и прокуратуру.

В обоих ведомствах по заявлению многодетной мамы сейчас ведут проверку. Сама Нина уверена, что фонд ее обманул. Якобы деньги, которые собирали для ее семьи пустили совсем на другие цели.

— После этого случая я больше за помощью не обращалась и не буду. После ухода мужа у меня появился гражданский супруг, у нас двое совместных детей. Он на стройке работает, я получаю выплаты на детей и пособия как мать-одиночка. Мы поэтому и не оформляем отношения, чтобы выплаты не терять. Доход у нас около 50 тысяч рублей и нам хватает. У меня цель только одна, хочу чтобы наши фотографии удалили с сайта этого фонда. Какие мы им подопечные, если нам никто не помогает. А пару недель назад «добрые» волонтеры завалили полицию и опеку жалобами, мол я плохая мать, надо у меня детей забрать. Ко мне толпами проверяющие стали ходить и никаких нареканий нет.

СКОЛЬКО НЕ ДАЙ, ВСЕ МАЛО

У руководства фонда своя правда. Директор уверяет, семье Маликовых помогали трижды, а им все мало.

— У нас есть все акты передачи благотворительной помощи и мама сама их подписала (документы есть в распоряжении редакции). Весь сыр-бор начался после того, как мы отказали ей в помощи после четвертого обращения. Во-первых, у нас много подопечных и мы не можем помогать только одной этой семье, а во-вторых, во время трех передач благотворительной помощи у нас были претензии к маме, которые мы высказывали ей и отразили письменно в своих актах. Дети были неопрятно одеты, у них были грязные волосы, в квартире было не убрано. В один из визитов мы заметили на столе алкогольные напитки. Обращаться в органы опеки не стали только по той причине, что мы против разлуки детей с родителями, — рассказала » КП » Рузана Шилова, президент БФ помощи детям «Группа Милосердие — Радость Моя».

По словам Рузаны, после заявления Нины Маликовой к ним в фонд нагрянула проверка, но никаких нарушений не нашли.

— Что касается фотографий семьи на сайте, то это лишь отчет о проделанной нами работе. И опубликованы они с письменного разрешения многодетной мамы, — пояснили в благотворительном фонде.

ВЗГЛЯД С ШЕСТОГО ЭТАЖА

В этой истории все хороши. Волонтеры, не стесняясь включенных диктофонов, поливают грязью многодетную маму. Сами же ей помогали, сами же публиковали фото из якобы заваленной мусором квартиры. Хотя, конечно, никакой антисанитарии в многодетной семье — нет. Сама видела и поверьте, к моему визиту подготовиться у них не было времени. Ну и Нина тоже лукавит. Подарки ей привозили целыми коробками и далеко не гречку. Суммы а актах приличные 15, 20 тысяч рублей. Мало? Ну тут кому как.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА

«Когда фонд поливают грязью, не понимают что реальные люди недополучат помощь!»

— Сегодня все отношения фондов и получателей помощи необходимо оформлять юридически. На берегу нужно обсуждать все нюансы и прописывать все детально. Увы, люди зачастую ведут себя некорректно и считают, что все им должны бесконечно. Простор для их фантазий бесконечен. Сегодня хотят огромный телевизор, завтра путевку в Турцию , — прокомментировал Александр Гезалов, публицист, специалист по социальному сиротству и помощи людям. — В ситуацию когда вместо «спасибо» фонд получает ведро грязи может попасть любой. И тут роль играет простой человеческий фактор. Заткнуть фонтан грязи бывает не просто. А ведь для фонда особенно важна репутация, поэтому мой совет идти до конца и обращаться в суд. Этот фонд действительно помогает многим и сейчас недовольная мама не понимает, что своими действиями лишает возможности получить помощь других людей, которые в ней действительно нуждаются. Что касается фотографий семьи на сайте, то мама вполне может настоять на их удалении. Тем более, что на кадрах несовершеннолетние дети.

ВЫРЕЖИ И СОХРАНИ

Как распознать фальшивый благотворительный фонд?

Самое безопасное – жертвовать деньги через благотворительные фонды, причем большие и проверенные. Но и тут есть шанс попасть на удочку мошенников. Как их отличить?

1. Отчеты о деньгах должны быть прозрачными.

Проверяйте информацию: настоящие благотворительные фонды никогда не прячутся – они размещают прозрачные отчеты о собранных и потраченных средствах на своих сайтах, указывают актуальные контактные данные для связи с организацией. Если вы не можете на сайте, по телефону или в переписке получить полную информацию о том, кто собирает средства, в каких целях, в какой больнице лечится человек, с которым произошла беда, лучше выберите другой фонд для пожертвования.

2. Правильный сайт — с цифровым сертификатом.

Обратите внимание на сайт фонда – так как он предполагает ввод персональных и платежных данных, он должен иметь цифровой сертификат и передавать данные в зашифрованном виде. Об этом свидетельствуют символы «https» и изображение «замочка» в адресной строке. Также обратите внимание на наличие сертификата PCI DSS (стандарт безопасности данных индустрии платежных карт), на странице, на которой вводите данные своей банковской карты. Как правило, гарантии безопасности заявлены под полем для ввода данных или внизу страницы. Если что-либо из перечисленного отсутствует на сайте – не вводите свои данные.

3. Проверяйте подлинность фотографий.

Часто на жалость давят с помощью трогательных фотографий. Но всегда проверяйте фото, размещенные на сайте, сделав поиск по картинке. Для этого правой кнопкой мыши кликните по картинке и скопируйте адрес картинки. Затем в поисковике выберите поиск по картинке и вставьте скопированный адрес. За неимением подлинных снимков мошенники нередко обращаются к онлайн-фотобанкам, поэтому если вы увидите эту же фотографию, предлагаемую к продаже на фотостоке либо с описанием, где уже другой повод для сбора – не переводите деньги.

4. Проверяйте реквизиты.

Не переводите деньги на банковские карты или счета физических лиц, электронные кошельки. Настоящие благотворительные фонды никогда не будут собирать деньги таким способом.

Как работают деньги благотворительных фондов

В сентябре 2019 года Центр цифровой экспертизы Роскачества опубликовал рекомендации, которые помогут отличить настоящий благотворительный фонд от «фальшивки». Эксперты отмечают рост благотворительной активности среди жителей России, ежегодно суммарно россияне перечисляют миллиарды рублей на благие цели, точную сумму назвать невозможно. Как работают благотворительные НКО, откуда поступают деньги, как и на что фонды их тратят.

В ежегодном всемирном рейтинге благотворительной активности в 2018 году Россия заняла 110-е место, поднявшись на 14 позиций по сравнению с 2017 годом. Шестерка лидеров в сфере благотворительности в 2018 году представлена Индонезией, Австралией, Новой Зеландией, США, Ирландией и Великобританией. Рейтинг составляется фондом развития и поддержки благотворительности CAF (на основе исследований Центра Gallup, которые проводятся в 153 странах мира, в опросах участвует около 140 тыс. респондентов).

Читать еще:  Вегетарианская диета поможет при диабете

Согласно исследованиям, проведенным Сбербанком, клиенты этого банка в 2018 году перечислили на благотворительные цели 3,8 млрд руб. Большая часть пожертвований была направлена тяжелобольным детям и религиозным организациям.

Возрастающую вовлеченность россиян в благотворительные процессы исполнительный директор фонда поддержки и развития социальных программ «Социальный навигатор» Татьяна Задирако связывает не только с успешной работой самих фондов, но и с тем, «насколько стали разнообразны способы помощи, как расширилась линейка сервисов, через которые можно совершить пожертвование. Сегодня это мобильный телефон, банковская карта, интернет, мобильные платежные системы, клиентские программы по социально ориентированному маркетингу, когда, совершая практически любую финансовую операцию, даже делая покупку в магазине, человек может оказать помощь нуждающимся. Это легко и просто».

Как избежать мошенничества

Наряду с очевидным ростом участия россиян в благотворительной деятельности эксперты CAF отмечают, что 44% опрошенных жителей страны не доверяют благотворительным организациям. «Причин недоверия к фондам несколько. Это и шлейф «лихих» 90-х, когда конторы создавались для отмывания денег,— рассуждает директор благотворительного фонда «Нужна помощь» Анна Семенова.— Прошло время, законы сильно изменились. Теперь фонд, пожалуй, самый неудобный способ для отмывания денег. Но шлейф остался. А вникать в нюансы мало кто хочет. В этом еще одна причина. Если болеет ребенок, надо дать денег, помочь его родителям — такой расклад понятен. Когда же речь идет о помощи бездомным или поддержке самих фондов, то тут должно быть огромное желание разобраться, вникнуть, а времени на это нет. Кроме того, мне кажется, дело еще и в общем уровне недоверия в стране. Мы не доверяем нашим государственным органам — «все они хотят взяток», не доверяем коммерческим компаниям — «они на нас наживаются»».

«Согласно «Барометру Эдельмана» и по данным последних исследований, у нас в стране люди мало доверяют институтам — государственным, социальным, общественным. И на этом фоне благотворительные фонды выглядят совсем неплохо»,— считает директор фонда поддержки и развития филантропии КАФ Мария Черток.

«Барометр Эдельмана» (Edelman Trust Barometer) — ежегодное исследование уровня доверия к различным социальным институтам, проводимое американской компанией Edelman в разных странах мира.

Для сбора пожертвований фонды используют собственные сайты и социальные сети; привлекают СМИ — телевидение, радио, интернет-издания, газеты; заключают договоры пожертвования с корпоративными донорами, юридическими лицами; проводят различные благотворительные мероприятия. «Хотя благотворительность у нас пока еще преимущественно спонтанная, растет число людей, которые осознанно выбирают один-два фонда и переводят им пожертвования регулярно, следят за их работой,— отмечает Мария Черток.— Это касается не только фондов, специализирующихся на лечении детей, но и правозащитных, помогающих животным, заботящихся о стариках, поддерживающих хосписы. Люди активно помогают НКО, а еще лет десять назад мало кто понимал, что такое хоспис и зачем он нужен».

Сколько средств собрали крупнейшие благотворительные фонды в 2017 году

По данным «Русфонд.Навигатор».

Сегодня сделать пожертвование можно, отправив СМС с мобильного телефона, сделав перевод с банковской карты или из системы электронных платежей. Согласно исследованию фонда «Нужна помощь», 100 руб.— наиболее распространенная сумма частного пожертвования в нашей стране. «Из стоимости СМС вычитается только стоимость НДС, которую в любом случае должны уплатить государству,— сообщается на сайте благотворительного фонда помощи тяжелобольным детям «Русфонд».— Законопроекта, упраздняющего в данном случае уплату НДС,— нет». Из 75 руб., отправленных абонентами, в Русфонд будет перечислено: «Билайн» — 71,25 руб., «МегаФон» — 69,07 руб., МТС — 69,00 руб., «Мотив» — 57,17 руб., Tele2 — 69,75 руб., Yota — 69,07 руб.

По данным экспертов платежного сервиса CloudPayments, за последние пять лет доля регулярных онлайн-пожертвований в России выросла в 75 раз. Показатель рассчитывался относительно всего объема интернет-взносов в благотворительные организации. В январе 2019 года перечисления составили 25 млн руб., в январе 2018 года они были 14,5 млн руб., а в январе 2017 года — 3 млн руб.

«Мы стараемся держать уровень административных расходов на очень низком уровне,— подчеркивает директор благотворительного фонда «Подари жизнь» Екатерина Шергова.— По закону НКО имеет право до 20% от расходуемых за год средств направлять на административные расходы. Внутренняя политика «Подари жизнь» не позволяет нам выходить за 10%, а в реальности мы тратим и того меньше. Поэтому размер комиссии с пожертвования для нас вопрос принципиально важный. С самого начала сборов через СМС мы приняли решение, что будем сотрудничать только с операторами, совокупная комиссия у которых не превышает 5%. То же самое с компаниями, через которые мы подключаем возможности делать онлайн-платежи в наш фонд,— комиссия находится в пределах 3%. Комиссия за обработку пожертвований в нашу пользу через платежные терминалы составляет максимум 5%. Минимальная комиссия — это неизбежность, потому что провайдеры не могут работать в минус». «В среднем в год мы платим больше 5 млн руб. комиссии различным платежным системам»,— признается директор благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Анна Скоробогатова.

Фонды предлагают жертвователям разные варианты перевода благотворительных средств. В частности, они указывают, что Сбербанк работает с ними без комиссии. По мнению госпожи Скоробогатовой, «пониженные тарифы для перечислений пожертвований в пользу НКО установить могли бы все платежные системы».

Сумма пожертвований, которую перечислили в фонд, обычно отображается на сайте организации с указанием: от кого и на какие цели. Фонд не обязан публично предоставлять такую информацию, но многие публикуют. Если невозможно найти на сайте информацию, стоит обратиться в фонд, где ее предоставят.

На общих условиях

Фото: Александр Петросян, Коммерсантъ

Для физических лиц, сделавших пожертвование, сегодня существуют налоговые послабления. Физическое лицо, имеющее постоянное место работы, может получить налоговый вычет 13% от суммы пожертвования. Соответствующую справку можно получить в благотворительном фонде, куда были перечислены средства.

Благотворительная деятельность в России регулируется несколькими документами: федеральными законами «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», «О меценатской деятельности», «О некоммерческих организациях» и нормами Гражданского и Налогового кодексов.

«А вот налоговые льготы для коммерческих организаций, юридических лиц пока наша мечта,— констатирует исполнительный директор фонда «Социальный навигатор» Татьяна Задирако.— Действующее законодательство предписывает коммерческим организациям, которые занимаются благотворительностью, оказывать помощь только из средств чистой прибыли. Организации не освобождены от уплаты налога на прибыль из тех сумм, которые были направлены на благотворительность. Согласно ст. 252 НК РФ, не учитываются расходы «в виде стоимости безвозмездно переданного имущества (работ, услуг, имущественных прав) и расходов, связанных с такой передачей», а также «целевые отчисления, сделанные налогоплательщиком на содержание некоммерческих организаций». «Министерство финансов РФ и местные региональные власти считают, что в данном случае налоговые послабления уменьшат поступления в бюджет. Что мне представляется излишним опасением, так как деньги будут поступать в регионы через иные каналы и с возможностью большей диверсификации в вопросах финансирования социальных программ», — отмечает Татьяна Задирако.

«Последние годы доля пожертвований от юридических лиц постепенно снижается (за пять лет упала с 50% до 20%). Но я не могу сказать, что мы стали меньше работать с бизнесом — меняются форматы. Сейчас многие компании развивают корпоративные мотивационные программы для сотрудников и вовлекают их в волонтерство, в том числе интеллектуальное, а пожертвования на уставную деятельность фондов заменяют грантами на конкретные проекты,— рассказывает Анна Скоробогатова.— Хочется закрепить законодательно понятие «безвозмездный краудфандинг» и внести изменения в Налоговый кодекс. Как и упрощенное проведение благотворительных аукционов и лотерей — по текущей версии закона «О лотереях» такие денежные поступления тоже считаются нашим доходом и облагаются налогами». «Налоговые льготы на благотворительность для юридических лиц хорошо стимулировали бы развитие благотворительной деятельности»,— отмечает и Анна Семенова.

«В благотворительности много строится на чувствах сопереживания и сострадания. Но мы в том числе стремимся сделать так, чтобы решения помочь принимались не на эмоциях, а на четком понимании того, как пожертвование не только поможет конкретному ребенку, но и поменяет всю систему помощи в сфере детской онкологии,— рассуждает Екатерина Шергова.— Чтобы в больницах было все отлажено и никому из детей не пришлось ждать, когда на него соберут деньги. Поэтому мы стараемся информировать людей о том, почему лучше жертвовать на проекты, а не на конкретных детей. Такая благотворительность помогает фонду планировать расходы, составлять бюджет, то есть помогать эффективно».

Какие благотворительные организации работают в России

Административные расходы — это зарплата сотрудникам фонда, аренда и содержание офиса. Сведения о таких расходах должны указываться в отчетных документах организации. На сайтах фондов в отчетах они чаще указаны весьма лаконично: «административно-хозяйственные», реже фонды расписывают их подробно. Благотворительный фонд, конечно, не занимается производством, но его вполне можно сравнить с заводом или конвейером, особенно крупный фонд. Здесь работают разные специалисты: организаторы сбора денег, эксперты, менеджеры, бухгалтеры, волонтеры и другие.

«Эмоции в благотворительности — важная составляющая. Без них никуда. Как и в целом в жизни,— отмечает соучредитель фонда «Нужна помощь» Митя Алешковский.— Но, как и в любой другой, в нашей сфере деятельности необходимо в первую очередь выстраивать процессы, анализировать метрики, следить за выполнением заранее определенных договоренностей, все делать профессионально. Ни в коем случае нельзя зависеть от эмоциональных порывов людей, какими бы сильными они ни были. Поэтому благотворительность должна быть профессиональной и эффективной, но при этом каждому из нас очень важно оставаться человечным. Такой человеческий подход отличает наш благотворительный сектор».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector